Кунашир. Дневник научного сотрудника заповедника. Свой среди медведей

Он ложит пряди грубых, длинных волосин то в одну сторону, то в другую…

Вдруг, медведя, словно кто бичом вдоль спины вытянул! Рванув на месте, всеми четырьмя лапами, он бросает своё тело прочь! Резвым галопом, подросток несётся среди толстых колонн стволов пойменных “баобабов” прочь, к чернеющей стене хвойников мамашиного языка.

– Блин! Подхватил, всё-таки! – злюсь я.

– Ну! Понесся, как бешеный! – соглашается Игорь, – Прямо, землю из-под себя рвёт!.. Может, съел чего?

Мы весело ржём, выбираясь на стол речной поймы, по бренчащему галькой откосу берега.

– Саш! Как он может не слышать?! – спрашивает Игорь, – Мы так упали обратно, в речку! Такой грохот!

– А, вот, спроси! – я развожу руками в ответ, – Бывает! Даже внимания не обратил! Наверно, подумал, что подмытый водой берег обвалился! Весной, такое – не редкость.

– Да, – соглашается с моей мыслью, Игорь, – Скорее всего.

Через двадцать минут мы уже бодро шагаем по смотровой тропе, в сторону дома.

– Си-си! Си-су-су-су-су! – среди хвойника раздаётся мелодичная песенка.

Я торможусь: “Слышишь? Синехвостка! Первая летняя песенка. Сейчас запишу, в Летопись природы”.

– Ага. Сегодня двадцать пятое апреля, – подсказывает мне Игорь.

На выходе со смотровой тропы, мы закладываем “малый круг” – шагаем не напрямую к дому, через бамбуковую пустошь, а под прямым углом сворачиваем влево, в ольховники Банного ручья…

Но, перед ольховниками, сначала – лесное озерцо. По торной медвежьей тропе, мы тихо шагаем мимо лесного озерца…

– Куааааааа! Куаааааа!

По его берегам душераздирающе орут лягушки! Игорь качает головой: “Ну и орут же! Как недорезанные! Уши забивают своим ором!”.

Тятинский дом. Под утро, часов около пяти, я слышу, как тихо закрывается входная дверь. Я поднимаю голову и с трудом, навожу резкость. Это – уже вовнутрь, зашёл Игорь.

– Проспал! Как он поднялся и как из дома выходил! – мысленно удивляюсь я, себе.

– Саш! Бекас токует! – увидев, что я поднял голову, говорит мне брат.

Спросонья, я смотрю на окружающий мир.

– В доме всё серо, – вяло думаю я, – Значит – уже утро. Бекас токует – это большая, хорошая новость! Первое токование в этом году!

Японский бекас является массовой птицей на Кунашире. И весь май, здесь проходит под непрерывное шипение и шкворчание в небесах, этих “пикирующих бомбардировщиков”.

Сон разом слетает с меня. Я слезаю с нар и шагаю к двери – послушать.