Кунашир. Дневник научного сотрудника заповедника. Свой среди медведей

– Хм!

– Что? – мимоходом, не отрываясь от своих дел, тут же интересуюсь я.

– Он подстилку сделал! – недоумевает Игорь, – Уже тепло! Медведи, о подстилке, уже давно забыли!

– Ну! – киваю я, и мой рот трогает улыбка, – Сделал… Ты глянь – вода кругом, всё чавкает. Это – он в воде лежать не хочет.

– Не хочет задницей в воде, как лебедь? – тихо смеётся Игорь, – Ишь, ты!

С ближайших нескольких метров, медведь сгрёб на подстилку всю прошлогоднюю солому вейника. Я зарисовываю в свой дневничок его лёжку, схемку её расположения на местности… Рулеткой, замеряю размеры лёжки: “Пятьдесят шесть сантиметров, в поперечнике”.

– Саш, он же большой! – хмурится Игорь, – А лёжка – чуть больше полметра, диаметром!

– Так оно и есть! – не сомневаюсь я, – Ты представь себе корову.

– Ну.

– Это же – крупное животное! А ночная лёжка, у неё – вот такая же! Я-то насмотрелся на коровьи лёжки. Весь прошлый год изучал “работу” скотинников… А ещё – кругом вода! Тут не особо развалишься! Он лежал, сжавшись в клубок.

Наконец, доходит очередь до помётов. Пять их кучек лежат веером, шагах в пяти за краем лёжки, со стороны открытых просторов поймы.

– “Танкоопасные” направления должны быть прикрыты! – улыбаюсь я, – Это закон.

– Он же большой! – опять отзывается брат, – Ему-то – кого опасаться? Что? Опять рудимент?

Опустившись коленом болотника на лёжку, Игорь, через кучки помёта, прищуривается глазом на просторы поймы.

– Ну! – киваю я, – Он – уже огромный, никого не боится, а с детства в его голову вбита привычка кучки ночных помётов ставить на самых опасных подходах к лёжке.

– Всё – как у нас! – усмехается Игорь, – Чтобы медведь, на рассвете, на нас случайно не наступил – при ночёвках в лесу, на наиболее вероятных подходах, метров за двадцать пять перед палаткой, мы развешиваем свои портянки. Запаховая метка! Медведям развешивать нечего, поэтому они раскладывают свои помёты…

– Ну, – соглашаюсь я, – Предупреждение… Мы закрываемся от опасности портянками, а медведи – помётами.

– Точно! – смеётся Игорь, – Но… мы с тобой, до этого дожили – лет через десять, лесной, походной жизни!

– Ну, ты сравнил! У нас, походов с ночёвками – месяц в году, а у него каждая ночь – ночёвка в лесу.

По свежести помётов нетрудно вычислить и свежесть лёжки.

– Здесь, медведь ночевал – около трёх дней назад, – заключаю я.