Путь богов

– Как я понимаю, к нам, наконец, пожаловал третий участник нашего конкурса, Брис Илиан, – как-то слишком деревянно проговорил астрогатор, поблескивая знаками отличия в свете коридорных плафонов.

Астрогатор Брису сразу не понравился. Было в его облипни что-то от мыши. Большой худой мыши. И серая шевелюра, и широко посаженные на остроносом лице глаза-бусинки, и даже манера говорить, слегка склонив голову набок, только подчеркивали это впечатление.

Брис кивком подтвердил.

– Можешь идти, – так же бесцветно бросил астрогатор через плечо Бриса матросу.

– Меня зовут Дарт Каас, – представился астрогатор. – Обращаться ко мне либо «господин Каас», либо, особенно в присутствии нижних чинов, «господин астрогатор». Вам ясно, кандидат Илиан?

Наверное, так бы мышь любовалась на сыр, перед тем, как его съесть, как астрогатор разглядывал Бриса, произнося эту немудреную тираду.

– Да, господин астрогатор, – кивнул он, стараясь сохранить каменное выражение лица и не выдать своих истинных чувств ни малейшим намеком, жестом или мимикой.

А учитывая, что здесь уже выбрали, ему необходима лишь запись. И выполнить задание как можно лучше, чтобы попасть на другой корабль. Так что можно и потерпеть неудобство общения с этими людьми. Жизнь матери и благополучие семьи того стоят.

– Проходи, – коротко бросил астрогатор и открыл дверь, ведущую в зал.

Брис шагнул через порог и тут же сделал шаг в сторону, пропуская Дарта. Как и все другие каюты на подобных кораблях, эта не отличалась большой вместительностью. Стандартный жилой ящик. С мониторами и четырьмя креслами. Минимум удобств и минимум свободного пространства.

– Ваше место, Илиан, – показал астрогатор на одно из свободных кресел и тут же отвернулся, что-то переключая на рабочем месте, оставшемся свободным.

Садясь в свое кресло, Брис мельком осмотрел присутствующих. Один из экзаменуемых был уже староват и вид имел изрядно потасканный. То ли пил много, то ли еще и наркоманил. Его опухшая физиономия не могла произвести благоприятного впечатления.

Второй был прямой противоположностью старого пропойцы. Безукоризненно чистая выглаженная форма, аккуратно зализанный чубчик, идеально выбрит, и вообще… Эдакий образец лощеного типа.