Путь богов

– Нас вызвали прокомментировать некие ноты из Совета Конфедерации, – сообщил адмирал.

– А министр иностранных дел тогда где? – удивился министр безопасности. – Он хоть будет?

– Нет. Не будет, – коротко ответил Лукас. – Очевидно, ноты и сообщения не настолько важны, чтобы требовалось еще и его присутствие.

– А мы тогда зачем?! – задал риторический вопрос Вилек.

– Для протокола, – цинично бросил сенатор Кайле.

Вилек изумленно пожал плечами. Впрочем, от этого артиста на посту премьера можно ожидать и не таких глупостей.

Если бы не особенности законодательства республики Киран, когда премьер-министр избирается прямым всеобщим тайным голосованием, а министры – голосованием палат парламента, то, возможно, все было бы не так грустно.

Однако нехорошие подозрения стоило рассеять.

– А как продвигаются наши шахматные партии? Следующие ходы уже обдуманы? – сделав скучающую мину, спросил Вилек.

– Да, все в порядке, – кивнул адмирал. – Завтра поступят. Как и планировалось в нашем клубе.

От графика игры никто не отстал.

Данная фраза, произнесенная генералом, только со стороны могла показаться совершенно незначащей. И если их записывали (что обязательно делалось), никаких подозрений вызвать не могла. Каждому было хорошо известно, что вся троица участвует в длительном «годовом» шахматном турнире. Хоть и на правах почетных наблюдателей.

Но это было всего лишь прикрытие. На самом деле адмирал проинформировал министра и сенатора о том, что в их тайном проекте дела обстоят хорошо.

И все движется как надо, без досадных проколов и недоразумений.

По договору министр обеспечивал внешнее прикрытие проекта. Осуществляли же непосредственное руководство работами конкретно сенатор и адмирал. Каждый по своей части: сенатор обеспечивал финансовую сторону, а адмирал – сугубо научную.

Наконец, на пороге показался секретарь и широким жестом, с поклоном, пригласил всех заходить.

– Господа! Я только что получил сразу и ноту, и несколько пренеприятных известий, – взял быка за рога премьер, когда все расселись вокруг стола.

 – И вызвал вас для того, чтобы вы мне прояснили ситуацию.

Присутствующие дружно кивнули, ожидая продолжения.

– Сперва о ноте… – заговорил Пурон скрипучим голосом. Он его всегда использовал, когда хотел показать свое раздражение. Получалось у него это всегда хорошо – все-таки бывший актер. Присутствующие поморщились.

Премьер повернулся к сенатору и пристально посмотрел на него.