Быть Живым

– Откладывай весь месяц с завтрашнего дня по десять процентов от всех заработанных и сэкономленных денег. В конце месяца покажешь мне свой результат, и тогда я решу, есть ли еще шансы тебя спасти или же ты потерянный человек, – подмигнул он мне.

– Ты как всегда прямолинеен, Дон Хенаро… – сказал я, кивнув головой и подмигнув ему в ответ.

УРОК ПЯТЫЙ

С самого утра я нигде не мог найти Хенаро. Он раньше никогда не оставлял меня одного в доме, и мне показалось это странным.

Выйдя на пробежку, я увидел записку на столике возле его кресла качалки:

«Не забудь нанести сегодня последние зарубки на своем тотеме негативных мыслей.

Скоро буду.

P.S. И да, наколи дров, топор в пеньке»

Я совершенно забыл о своем уроке, на счет абстрагирования от негативных мыслей на тридцать суток. Дон Хенаро был совершенно прав, говоря мне тогда, что я престану думать о плохом гораздо раньше тридцатидневного срока. Так и произошло. И если бы не его записка, я бы и не вспомнил о моем тотеме, врытом позади дома.

Хорошенько прогрев себя утренней физической зарядкой, я побежал за дом.

Вырезав последние зарубки на кресте, накопившиеся за несколько дней, я посмотрел на него, сидя на коленях. Вот он и приобщился к сотням таких же крестов, принадлежащим другим ученикам Дона Хенаро, так же как и я выбравшим путь позитивного мышления. Мне было очень комфортно себя ощущать этот месяц, без мыслей о плохих вещах. И я решил, что так будет теперь всегда.

Вернувшись к дому, я приступил ко второй части наставления.

Топором, который упоминался в записке, служил самый настоящий томагавк, украшенный двумя длинными перьями орла. Перья были пестро выкрашены в красный и синий цвет. «Не хватает еще и белого пера, и тогда это будет самый патриотичный, пророссийский томагавк в мире» – подумал я. Но, я не удивился томагавку, ведь со мной бок о бок жил самый настоящий индеец.

Дернув томагавк из пня, я приступил к колке дров. Надо сказать, что он был отменно наточен и в меру тяжел, поэтому наколки получались отменные.

Когда я находился в самом кураже махания томагавком, позади послышался голос Дона Хенаро:

– Ты прирожденный индеец, Андрей!

Я рубанул последнее полено, и развернулся к нему:

– Где ты был, Дон Хенаро?!

– Я никогда не был женат, но сейчас у меня складывается такое ощущение, что меня допытывает любимая жена, – улыбнулся он и позвал меня жестом присесть на веранде.