Быть Живым

Через некоторое время он появился на крыльце в наряде повара, в котором я увидел его в первый день, как очнулся в этом месте. Это был признак того, что сейчас будет вершиться ритуал приготовления изумительной по своим вкусовым качествам пищи, но мысли мои были уже не здесь. Все мое сознание перебирало догадки о том, что за урок подготовил мне этот загадочный человек сегодня.

УРОК ТРЕТИЙ

К тому времени, как я сытно поел, Хенаро уже сидел переодевшийся в свое повседневное одеяние, раскуривая трубку на крыльце дома.

У меня было то странное ощущение, когда вроде и хочется приступить к делу, потому что очень уж интересно, что предстоит пережить, но все равно жутко сосет под ложечкой от всевозможной жуткости, которые сулит это самое дело.

Ввиду этого, поев прекрасный суп из индейки, я сидел за столом смакуя чай из трав, который давно закончился.

– Я вот все думаю, – сказал Дон Хенаро, глядя не на меня, а куда-то вдаль, на небо, – что быстрей закончится мой табак в трубке, или твое терпение хлебать пустую кружку, оттягивая момент истины.

– Да, ничего себе так, – ответил я, улыбнувшись придурковатой улыбкой.

– Все, пошли.

Мы собрали немного еды с собой, в виде бутербродов с сыром и колбасой, и налили небольшой термос чая.

Хенаро торжественно вручил мне лопату и рюкзак, сказав, что он и так уже много подготовил для меня сегодняшним утром.

Мы вышли со стороны крыльца и повернули налево за угол дома. Я не понимал, зачем мы идем снова к полю с закопанными там негативными мыслями, ведь я исправно выстругал сегодня зарубки на своем тотеме.

Но как только мы прошли боковую стенку дома, я обомлел. За домом теперь простирался густой темный хвойный лес. Не на поле с крестами негативных мыслей, ни на речку, изящно изгибающуюся у дома, не было и намека.

– Дон Хенаро! – ковыляя быстрее обычного, опираясь на трость, догнал я его.

– Да что еще, Андрей? Ты забыл дома средство от комаров? – не оглядываясь, спросил он.

– Да какое к черту средство от комаров! Что это за лес?! Мы же были с тобой здесь несколько дней назад! Где поле, где река, в конце концов? – орал, не унимаясь, я.