Степь 2. Расцвет. Часть вторая

Калли в отличие от Золотца очень старалась, по крайней мере, на её глазах, всячески расположить к себе наречённую сестру, но та даже при ней всякий раз всем видом показывала своё непринятие новой родственницы, хотя и не проявляя явную агрессию, а скорее демонстративно игнорируя её.

Все попытки Райс убедить Золотце в необходимости мирного существования с приёмной сестрой и подружиться с Калли, дочь отвечала всегда одно и то же, мол, воевать она с ней не собирается, но и дружить, извини, не заставишь.

Райс прекрасно знала, что единственным негативным раздражителем для Золотца являлась ревность и именно вот в такие моменты как сейчас. Молодую золотоволосую воительницу всегда бесило, когда она уединялась с Калли один на один и о чём-то секретничала.

Рой разнообразных мыслей пролетел у царицы в голове, начиная с того, что сказала Калли о тайном посланнике, успев осудить приёмную дочь за то, как она это сделала. До понимания, что надо будет опять поговорить с Золотцем, проведя очередную воспитательную беседу.

Но тут же осеклась, потому что она уже об этом думала и пришла к выводу, что будет лучше, если последняя всё же останется пока в неведении. И это не являлось недоверием к собственной дочери, а было связанно с каким-то изначальным порывом на уровне подсознания, решив тогда оградить Золотце от всего того, что было связано с отцом Калли.

В результате этой короткой сцены, Золотце психанув, не стала дожидаться весь кортеж и забрав своих подручных скоропалительно покинула Терем, ускакав в своё стойбище, а все остальные во главе с царицей и её приёмной дочерью, неспешно двинулись на встречу с гостем.

Рубежный терем, которым заправляли теперь два брата Велимир и Премысл, с детства выросшие при этом доме и, схоронив отца не стали делить наследство, а взялись за дело совместно лишь разделив обязанности кто за что отвечает встретили царицу с должным радушием.

Оба оженились, оба детьми обросли и, тем не менее, продолжали жить как одна семья, занимая приличное пространство в казённом тереме, но, несмотря на это, весь большой отряд царицы разместили, срочно освободив несколько светёлок, что квартировали их чада. Притом сделали это так шустро, что никто ничего не заметил.