Степь 1. Рассвет

Рыжая ростом не доходила ему даже до плеча, и такой прямолинейный и грубый наезд значительно большей чем она массы, заставил девчонку попятиться, но наткнувшись на загородку и чуть не опрокинувшись назад она резко замахала руками восстанавливая равновесие.

Эти махания и для мальчишки оказались полной неожиданностью, и он, сдув грудь-колесо чуть отшатнулся назад. Рыжая, сообразив, что прижата к тыну и отступать некуда, с неподдельной яростью со всей дури на что только была способно её хрупкое тело толкнула его в живот.

Даже не толкнула, а ударила под дых обеими руками, прокричав:

– Культяпки сначала заточи под мой нос, урод!

От неожиданности Индра, не устояв на ногах плюхнулся задницей на землю. Тут уже взорвался целый хор смеха. Оказывается, к этому моменту несуразная парочка собрала вокруг себя достаточное число зрителей. Продолжая сидеть на траве и смотря вслед убегающей наконец рыжей бестии, он тихо как ему показалось, восторженно произнёс:

– Огонь девка!

Тут же чья-то сильная рука ухватила его за ухо да так что чуть не оторвала.

Индра вскочил на ноги и давя крик от боли, покосился на обидчика. За ухо его держала взрослая баба при том в другой её руке была мокрая тряпка.

– Даж не заглядывай мене тута, – рявкнула она в удерживаемое ухо и отпустив его наконец сильно хлестнула тряпкой по спине.

Было не больно, но импульс движению придала внушительный. Тут кто-то из атаманов истошно завопил «Тикай!». Индра и так уже бежавший спотыкаясь вперёд, рванул из баймака петляя по огородам как заяц, топча посадки и увёртываясь от каких-то предметов, летящих ему в след.

Вот такой была его первая встреча с ней. Одно слово – любовь с первого взгляда, притом не взгляда вообще, а как ни на есть настоящего…

Глава вторая. Если заела бытовуха, а от безделья уже не знаешь, что делать, и серость жизни немила хоть топись, тогда пойди сдайся в плен врагу. Вот где не соскучишься.

Зорька пришла в себя от беспамятства лежа со связанными за спиной в локтях руками на густой шкуре.

Жёсткая, словно иглами колет, и кем-то у кого руки из зада выросли, плохо выделана. Оттого его скверная работа воняла до жути, будто её не в соли, а в отхожем месте вымачивали.

Ещё не распахивая с перепуга глазёнки, она эту шкуру учуяла носом. Ни с чем бы не перепутала эту крепкую зловонность, хватающую за нос прищепкой и норовящую достать до самого нутра и то нутро вывернуть наружу со всеми потрохами

Где-то совсем рядом негромко переговаривались мужики.