Сделаю, что смогу

– Ещё, – это были мои первые слова после знакомства с Иваном(!), да ну нафиг…

– Господин Берк, хочу заметить, что вы смелый и очень приятный человек, – облегчённо вздохнув и вновь наполнив стакан, сказал (не-не-не) заместитель начальника городской стражи! – Вы немного отдохните здесь, а я прикажу подать экипаж, чтобы вы могли попасть к магистру Филиппу. Минуточку…

Он вышел

Чувствуя, как мне становится всё лучше и лучше, я представил, что меня никуда не перенесло, а лежу я в палате под капельницей, кризис миновал и мне стало хорошо.

А то, что у меня в результате аварии, черепно-мозговая травма и переломаны рёбра, так это всё ерунда и до свадьбы заживёт. Хи-хи-хи…

А вот Владимиру Николаевичу не повезло! И отправился он не в свой мир, а в иной! Чтобы другой раз знал, как вешать лапшу на уши всяким доверчивым гражданам!

И тут браслет на моей руке стал нагреваться!

А это ещё что такое? Твою дивизию! А ну, стой! Я мигом протрезвел и сразу пришёл в себя. Перед глазами промелькнула молния, сорвавшаяся с моих пальцев и быстро очнувшийся Готлиб.

Так это что, всё браслет?

Мама дорогая!!! Беру все свои слова обратно! Владимиру Николаевичу крепкого здоровья и долгих лет жизни! А то, кто же меня отсюда возвращать будет?! И вообще, предупреждать надо! А… хотя, как предупреждать – ведь авария! Тьфу, как всё запуталось! Ладно, привели нервы в порядок, успокоились и наконец-то взялись за ум!

Значит так, сейчас еду к магистру, может он что подскажет с этим браслетом, и начинаю действовать по вновь утверждённому плану!

Вернулся Иван Иванович Розенкранц (я плакаю…)

– Экипаж готов.

Я дам вам одного стражника, он доставит вас к магистру и потом отвезёт куда вы скажите.

– Большое спасибо, был рад знакомству. Надеюсь мы с вами ещё увидимся. – Почему-то этот мужик мне очень понравился, как и его метод приведения меня в чувство.

– Был рад помочь, – с полупоклоном ответил… начальник караула.

Мы вышли из помещения. Повозка с Эльзой, Томасом и раненным уже уехала, а на её месте стояла… я бы назвал это пролёткой.

Хотя не уверен, что именно так называется это изделие конно-транспортного цеха. Про автомобиль я бы мог рассказать намного больше, но имеем то что имеем. Это был четырёхколёсный, одноконный, открытый экипаж. Спереди сидел стражник.

Усевшись на довольно мягкое сидение я, попрощавшись с Иваном Ивановичем, махнул рукой и сказал:

– Поехали.

Пролётка тронулась и довольно быстро покатила по улицам города.