Ниэль. Путь Кошмара

Ниэль кашлянул, сплёвывая кровь. Тоже чёрную.

– Не взорвалось, – пробормотал он облегчённо. – Всё получилось!

Ниэль поднял голову на Красавицу. Она не была такой взрослой, как во время принятия Пилюли Ста Отказов. Перед ним стояла светловолосая девушка лет шестнадцати с ярко-зелёными глазами

– Папа, – она открыто улыбнулась, – у нас всё получилось!

– Да, получилось. – Ниэль поднялся на ноги и оглядел себя. Белая кожа, чёрные ногти, не фиолетовые. Он вынул из кольца зеркало и замер перед ним. Глаза тоже стали чёрными, как и брови.

– Красивый, – вставила Красавица.

Ниэль хмыкнул и убрал зеркало.

– Теперь надо проверить свои способности. Для начала…

Он сконцентрировался и, мигнув, исчез.

– Я переместился, – пробормотал он, оглядывая Белый Зал. – Всем телом.

Рядом появилась Красавица.

– Я тоже многому научилась, – гордо сказала она и указала пальцем вперёд. Перед ней появился фиолетовый круг, и спустя несколько мгновений сквозь него проступили очертания того места, откуда они переместились.

– Дверь из Мира Снов в реальность, – задумчиво протянул Ниэль. – А ты сможешь живого человека в Мир Снов перетащить?

– Наверное, – неуверенно повела плечом Красавица. – Я могу отсюда связаться с любым кругом, который мы открыли.

– Тогда открывай тот, что ближе к Элике, – решил Ниэль.

– Поняла.

***

Дни проходили один за другим. Мики так и не вышла на связь, и Ниэль знал о ней только из докладов Сети. Правительница Египта тепло приняла её, и сейчас Мики живёт во дворце.

– Это игра называется ладушки, – говорил Ниэль, касаясь ладошки Элики и убирая руку. Он сидел, скрестив ноги, в её комнате. Рядом за ними с улыбкой наблюдала няня, которую Ниэль нанял следить за Эликой.

После нескольких проверок Ниэль понял, что у девочки стёрлась почти вся память. Она частично помнила его, помнила Мики, Хороса и папу. Ниэль надеялся, что, взрослея, она со времен восстановит все свои воспоминания.

Поиграв с ней, Ниэль ушёл к себе.

Ниэль вошёл в Белый Зал, огляделся. Красавицы не было рядом, похоже, она находилась снаружи. Он создал кресло и сел в него, глубоко задумался.

– Господин, – с ним связался Первый.