Арчи. Золотая Кровь

 – Анастасия вернётся, и…

– Сейчас Арчи в наилучшей форме, – покачал головой Михаил. – И даже если он выздоровеет – это никак не поможет ему в Мире Двенадцати. Ты сама знаешь, Анастасию не отпустят, пока Арчи жив.

Наталия поникла, а затем зло сжала кулаки и зашипела сквозь зубы. Без слов.

– Не думаю, что Олег и Леонид согласятся в следующий раз присутствовать на инициации, если мы её перенесём, – Михаил кинул быстрый взгляд на троицу, а затем посмотрел на меня: – Арчи, сперва тебе надо отказаться от фамилии Драгиных и стать Беловым.

– Да.

– Пойдём, – Наталия потянула меня к столу с золотобровым мужчиной, неразборчиво ругаясь себе под нос.

– Отец Айбат, – Наталия вежливо поклонилась. Я повторил за ней.

– Арчи Драгин, – заговорил Богослов глубоким и сильным голосом. – Ты отказываешься от фамилии отца?

Наталия подбадривающе улыбнулась.

– Отказываюсь, – я кивнул.

Богослов равнодушно посмотрел на меня. Жуткий тип.

– Ты желаешь покинуть клан Драгиных?

– Желаю.

– Церковь Пророка Великого не одобряет подобное. Сыну не позволено предавать отца – главу семьи. Ты собираешься взять фамилию женщины, понимаешь?

– Понимаю, – я кивнул, переваривая услышанное.

– На родине Пророка Великого, Сына Творца, – Великом Иране – такое невозможно. Своим поступком ты вызовешь неудовольствие нашей Церкви, Арчи Драгин, – предупредил меня Богослов, сохраняя равнодушие.

Ну ничего себе у них тут порядки! Наталия едва сдерживала недовольство. Ей явно не понравилось услышанное.

– Понимаю, Отец Айбат, – я склонил голову. – Но от решения своего не откажусь.

– Пусть будет так. Церковь Пророка Великого засвидетельствовала твой поступок, – Богослов записал что-то в тетрадь и встал.

– Благодарим вас, – Наталия потянула меня за рукав, глазами показывая, чтобы я повторял за ней, и мы отвесили ему поясной поклон.

Разогнувшись, я увидел спину уходящего Богослова. Стол, за которым он сидел, исчез.

– Арчи, – Наталия повернула меня к себе.

– Да, – я улыбнулся. Конечно же, я постараюсь, куда мне деваться. Не горю желанием умирать.

– Иди к дедушке, – Наталия чмокнула меня в щёку. – И удачи, Арчи.

Я немного смутился. Всё же она совершенно чужой для меня человек.

Михаил сидел в середине зала на небольшой подушечке. Он скрестил ноги и положил на них свою белую трость.