Мертвые не потеют

И не кто иной, как Лисовский звонил Круче незадолго до смерти и говорил «чтобы Тихон посмотрел, оценил и был осторожнее, так как в случае утраты им грозят неприятности».

– По словам вдовы. А кто ещё слышал? А если врёт? – обрушил на меня град вопросов Василий. – А если ненавидит своего бывшего хозяина, за то, что он подкладывал её под клиентов и решила отомстить?

– Тогда не стала бы его ласково называть Осей. Но давай не будем гадать на кофейной гуще. Нам сейчас остается одно – собирать факты. Роза сейчас в относительной безопасности, но всё очень зыбко.

Надо установить, от кого исходит угроза. К сожалению, вдова – плохой помощник. Не договаривает, пытается остаться в стороне. А признается в чём-то лишь тогда, когда припрешь к стенке и деваться некуда.

– Вот и флаг вам в руки, для вас самые подходящие условия. Женщина без мужчины, что гусеница без дерева. – Усмехнулся он и хитро посмотрел на меня. – Вы за один вечер узнаете больше, чем я за неделю. Припрете как следует, не к стенке, а к кровати, всё расскажет под тяжестью тела.

– Ладно, заканчиваем, – сказал я, поднимаясь. – У нас одни загадки, но треугольник один образовался: Тихон – Роза – Лисовский.

– Значит, до завтра?

– Да, до завтра. Вечером увижусь с Казаком-Ишутиным. Что-то он должен рассказать о посещении Кручи в день убийства. Будем надеяться, что эта встреча внесет хоть какую-нибудь ясность.

6

Выходили из кафе под рок Билла Хейли, голос которого уже притягивал вечерних посетителей. Сев в машину, я поехал в самую старую часть нашего города, где встречались ещё покосившиеся великовозрастные избушки, ровесницы позапрошлого века.

Поселок, являвшийся целью моей поездки, назывался Кирпичным из-за расположенного в нем завода, который недавно отметил своё двухсотлетие.

Здесь первоначально обжигали кирпичи, глиняную посуду и игрушки. Теперь завод выпускал только кирпич по новой итальянской технологии, не требовавшей большого числа рабочих. Большинство жителей перешло работать на другие предприятия, но старые дома не бросали и жили в поселке несмотря на то, что городские власти предлагали им квартиры в новостройках, а здесь планировали построить новый микрорайон.

Они упорно не соглашались расставаться со своей собственностью и подозревали, что за свои клочки земли могут получить значительно большие суммы. Администрация города не могла убедить их в обратном.

Об обостренном противостоянии города и поселка говорила скудность освещения и царящая тишина.