Только Разум

Ты с ним не знаком? Он у нас совсем ещё маленький.

Анастас услышал «детский» голос маленького генианца и приветствовал его по нашему земному обычаю.

– Здравствуй, здравствуй, маленький. Как тебя зовут?

В ответ он услышал совершенно чёткий, без тени смущения, голос и понял, что земные мерки не подходят к малым генианским детям.

– Здравствуй, человек. Имя моё назвала тебе Иллиана, моя мать. Разве ты не расслышал?

– Я надеюсь, что нам придётся ещё встретиться. Может быть здесь на Земле, а может быть и в другом месте, – снова вступил в разговор Иллианий.

– До свиданья, друзья, – мысленно попрощался Анастас и здесь, в самом конце, он заметил одну черточку генианцев, похожую на черту землян. Они так же, попрощавшись, готовы ещё и ещё говорить, чтобы хоть на минуту продлить миг расставания.

– До свиданья, Анастас. Помни о наших встречах, – сказала Иллиана.

– До свиданья, привет детям, – не то в шутку не то в серьёз произнёс маленький генианец.

Постепенно шум в голове, к которому уже привык Анастас, утих. Он, молча, повернулся, постоял на месте и медленно начал обходить ту поляну, которая явилась свидетелем и даже виновницей его необычных встреч с генианцами.

Он вспомнил, как пришёл сюда впервые, как понравилось ему здесь, как потом он много раз с радостью приходил на это место. И сейчас, словно в трауре, Анастас совершил обход вокруг поляны, его сердце сжималось от тяжкого чувства расставания.

Не желая больше терзать себя воспоминаниями, Одинцов решительно направился в сторону палатки, которая в последнее время редко видела своего владельца.

Август заканчивался. Надо было возвращаться в город. Одинцов имел в запасе несколько дней отпуска и мог бы ещё побродить по лесу с карандашами и красками. Но он решил, что это будет выше его сил и он не сможет больше здесь заниматься любимым искусством. Этим же вечером Одинцов отправился домой.

Глава 10

До ближайшей станции Одинцов добирался пешком. Он шёл размашистым шагом по лесной тропинке и не замечал прекрасных уголков, попадавшихся на его пути. Солнце уже село за горизонт, и небо на западе окрасилось в красно-малиновый цвет, когда Одинцов вместе с другими пассажирами заскочил в подъехавшую электричку.

Он не видел того, как человек среднего роста быстро вошёл следом за ним и, сняв серую кепку, примостился в дальнем углу вагона.