Синица в руках

– Разберемся.

– Уж не решил ли ты за нее заплатить? Я тебя скоро к психиатру сдам с твоим синдромом Дон-Кихота.

– Давай список, Борменталь.

– Нет, список назначений я передам ей, врачебная тайна. А уж как она себя поведет, не знаю. Одно могу сказать, что девочка гордая, имей в виду.

– Разве это плохо?

– Для нее – да. Ладно, в следующую субботу как всегда, а?

– Посмотрим, могу уехать в командировку.

– Давай, созвонимся, – Юрий пожал ему руку и тем же бодрым шагом скрылся в коридорах клиники.

Вскоре появилась Алена, побледневшая и напряженная. Она села рядом с ним, сжимая в руках свернутый в четыре раза лист бумаги.

– Дай посмотреть, – Иван протянул руку к листку.

– Не надо, – Алена помотала головой, отводя взгляд в сторону. – Зачем ты меня сюда привез? Сколько я тебе должна за прием?

– Ты мне ничего не должна, – Иван выхватил листок из ее дрожащих пальцев и бегло пробежался по нему.

– Не делай так больше, – тихо проговорила она, гневно сверкнув на него глазами, но не стала вырывать листок обратно.

Он спрятал лист назначений к себе в сумку и пошел за вещами. Идеальная медсестра вежливо попрощалась с ними, пожелав хорошего дня.

– Что теперь? – спросила она его, ожидая, пока он докурит.

– Надо все это купить.

– Но у меня нет таких денег! Даже представить не могу, сколько это все стоит, – затараторила она.

– Я куплю, ничего страшного.

– Я тебе все отдам, слышишь? С каждой зарплаты…

– Хорошо, только отдашь все сразу, я тебе не банк.

Они сели в машину, Иван набросал заказ на сайте аптеки, переругиваясь с неудобным планшетом. Эта детская непосредственность при общении с техникой развеселила Алену, и она открыто смеялась над его особо выдающимися выпадами. Ее поведение его нисколько не смущало, скорее он сам стал улыбаться своему глупому гневу.

– Завтра все привезу, после двух. Дома будешь?

– Да, конечно. Тогда до завтра? – она дернулась выйти из машины, но остановилась из-за его удивленного взгляда.

– Я тебе уже так надоел?

– Нет, просто ты и так для меня много  сделал, не хотела тебя еще больше задерживать. У тебя и без меня есть дела, – неумело, дивясь фальши своего голоса, оправдывалась она.

– Да нет у меня никаких дел! – с досадой проговорил он, уставившись в левое зеркало заднего вида.

– Пойдем, погуляем? Тут так красиво? – она дотронулась до его ладони, укоряя себя за неверие в его искренность.