Синица в руках

Катя бросила на него благодарный взгляд, сейчас ее глаза не были такими узкими, едва-едва выдавая национальную принадлежность одного из родителей.

– Ну, это не только моя комната. Нас тут двое живет, к счастью.

– Для меня – это твоя комната, – безапелляционно сказал Игорь. – Это изумительно!

Он  с восторгом смотрел на стол, уставленный тарелками со всевозможными салатами, как ей удалось из столь скудного ассортимента местных чипков соорудить такое роскошество. После многих недель питания в заводской столовой, организм ликовал, при виде домашней еды.

– Ну ты меня совсем захвалил, – рассмеялась Катя, добрым, солнечным смехом, который бывает у настоящей хозяйки, смущенной похвалой, но так в ней нуждающейся.

– Нет, все честно. Я в настоящем восторге.

– Да ладно, будто тебе жена не готовит, а? – Катя бросила хитрый взгляд, ловя реакцию его лица.

– У меня нет жены, да и не планируется, – пожал плечами Игорь, не выдав лицом и тени  лукавства, он себя именно сейчас так и ощущал.

– Что смешного? – недоуменно возмутилась Катя.

– Да ничего, я себя ощущаю зеленым студентом, вот и смеюсь над собой.

– А сколько тебе лет?

– Много, целых тридцать два года.

– Да ну, это разве много. Много лет мне.

– А сколько тебе лет?

– Вообще-то воспитанные люди у дамы возраст не спрашивают.

– Можно я буду немного невоспитанным? Так сколько же?

– Тридцать, – Катя расхохоталась. – Старушка уже.

– Вовсе и не старушка, – пожал плечами Игорь.

– Старушка, меня так бабушка называет. Ей все не дает покоя, что у меня нет мужа, и деток еще не нарожала. Она меня воспринимает как инкубатор.

– А как воспринимаешь себя ты?

Катя наконец закончила с приготовлениями и села рядом. Она пристально посмотрела в его глаза, гипнотизируя глубокими серо-голубыми озерами.

– А с какой целью интересуешься? – она резко отвернулась, неестественно отшучиваясь.

– С прямой. Может, я жениться хочу?

– Да ну! – она бросила слегка презрительный взгляд на него.

– Знаю я ваших, московских.

Игорь возмущенно прокашлялся, не ожидая такого выпада. Катя, чувствуя свою излишнюю грубость, положила ему на тарелку кушанья и ласково дотронулась до его руки.

– Не сердись, сам же знаешь, как мы к вашим относимся, вот и вырвалось.