Бабай

В промежутках между коленами батарей скопилась пыль, местами свисавшая с тонких поперечных планок и мелко трепетавшая от незаметного сквозняка.

Назар медленно поднял отвертку и со странным предчувствием опять постучал по батарее: тунн… тунн… тунн-тунн-туннн…

…Тунн!.. тунн!.. тунн-тунн-туннн-н!.. – тут же принесла труба. Было слышно, что звук, без сомнения, стал значительно громче, чем в первый раз, словно тот, кто подавал эти ответные сигналы (причем в точности повторяя ритм ударов Назара), приблизился.

И снова: тунн… тунн… тунн… тунн-тунн…

.

«Да кто же это?» – подумал Назар, и ему вдруг стало не по себе.

Затем он предположил, что, возможно, где-нибудь через два или три этажа (или, например, в соседней квартире – почему бы нет?) так же перед окном стоит другой мальчик, который и подает эти ответные сигналы.

Логично.

Но… в том-то все и дело – он почему-то не мог представить себе этого другого мальчика– словно что-то в нем безотчетно, но категорически протестовало против такого допущения.

Пока Назар размышлял над этим, отвертка в его руке нечаянно вывернулась – и тяжелая рукоятка стукнула по радиатору: тунн-н!..

…ТУНН-Н-НН!!! – мгновенный ответ. На этот раз, казалось, источник находится уже совсем близко – едва ли не в соседней комнате. Назар отошел на пару шагов: слева радиатор соединялся тонкой трубой с исчезающим в полу и потолке стояком, а справа—через более широкую трубу– уходил в стену, где должен был сливаться с радиатором другой комнаты (всего комнат в квартире было две) – будущей детской.

В этот момент в дверь позвонили, и он подпрыгнул во второй раз.

Однако было бы несправедливо назвать его трусом – дело в том, что размышления об отвечающем ему неизвестном отвлекли внимание Назара от окна, и он не видел, как во двор медленно въехала большая машина с последней партией мебели из старой квартиры.

По пути в прихожую Назар все же заглянул в меньшую комнату.

Но там, разумеется, никого не оказалось.

* * *

– Ну, куда поставим твою кровать? – положил большую ладонь Назару на плечо отец, крупный и очень высокий мужчина с выразительными чертами скуластого лица, которое лет через пять-шесть начнет особенно повторяться в сыне с удивительной точностью, делая того омоложенной копией Левшица-старшего.