ПРО LIFE. Практика эффективного лайфраннинга

Поравнявшись с нами, одна из них, спортивная брюнетка, осторожно передала нам подносы с закусками и обратилась к моему соседу:

– Вы что предпочитаете: курицу с рисом или баранину с чечевицей?

Лицо моего соседа на пару секунд замерло в странной улыбке, как будто эти слова напомнили ему что-то забавное. После чего он решительно сказал:

– Однозначно курицу с рисом. Пожалуйста.

Стюардесса передала ему выбранное им блюдо и вопросительно посмотрела на меня:

– А вам?

– Однозначно баранину с чечевицей, – попытался пошутить я.

Стюардесса уголками губ оценила мою шутку и протянула мне поднос с чечевицей. Пожелав приятного аппетита, бортпроводники двинули тумбу к своей следующей остановке.

Я приступил к сложным манипуляциям со скользкой ванночкой салата, с хлебом в целлофановом пузыре и пластиковыми столовыми приборами, пытающимися выскользнуть из рук в самый неподходящий момент. Мой сосед неизвестно откуда вытащил белую полотняную салфетку, заткнул её за воротник и принялся за основное блюдо.

– Так вы, сэр, выбрали чечевицу с мясом? – неожиданно обратился ко мне сосед, указывая на опустевшую емкость от моего горячего.

– Да, – только и успел произнести я, застигнутый врасплох его неожиданным «сэр».

Повернувшись к нему, я приготовился сформулировать вежливый вопрос относительно причины его интереса к моему выбору, как он продолжил:

– А знаете ли вы, сэр, что всего лишь потому, что кто-то когда-то выбрал чечевичную похлебку, вся наша история пошла не так?

– Не так?! – удивившись неожиданному комментарию, переспросил его я.

– Да, не так. Совсем не так. Вы, наверно, слышали ветхозаветную историю про Иакова?

– Иакова? Вы про Иакова, которому приснилась лестница с 72 ступенями, когда он спал на камне.

– О да, вы много знаете, – похвалил меня собеседник.

– Да-да, что-то начинаю припоминать. – Я наморщил лоб, стараясь понять связь между охотником и тем блюдом, которое я выбрал.

– Так вот, сэр, если вы не против, конечно, то я вам за минуту поведаю эту историю.

Я повернулся к «пастырю», как уже назвал его про себя, давая понять, что я не только не против, а даже за, и приготовился слушать.