Форсаж

Пушкину приходилось бывать в его имении Лямоново, верстах в шестидесяти от Михайловского. В сентябре 1825 года он встретился там с лицейским товарищем А. М. Горчаковым, племянником Пещурова. Поэт читал Горчакову сцены из «Бориса Годунова». Пещуров знал о Пушкине еще с тех пор, когда племянник, лицеист Александр Горчаков, писал ему о нем, а затем видел на выпускном лицейском экзамене читающим свое стихотворение «Безверие».

Портрет А. С. Пушкина, 1836 г.

С Горчаковым Пушкин не был особенно близок, но в лицейские годы они относились друг к другу с «живым интересом».

Известно посещение Пушкиным имения Пещуровых в начале августа 1825 года. Богатое имение Лямоново находилось на самой западной границе уезда, у живописной, многоводной реки Лжа. Двухэтажный каменный барский дом стоял на холме, окруженный обширным, хорошо ухоженным парком.

Пушкину, чтобы попасть туда, надо было пересечь с востока на запад значительную часть уезда. Более шестидесяти верст отделяли Михаиловское от Лямонова.

Когда Пушкин узнал, что к Пещурову приехал погостить его племянник Александр Михайлович Горчаков, что в дороге он простудился и лежит больной, недолго думая собрался и снова отправился в Лямоново.

Горчаков тогда первый секретарь русского посольства в Великобритании – только что вернулся из-за границы, а последние политические события крайне интересовали поэта.

Пушкин слушал рассказы Горчакова, расспрашивал о всех лицейских, о Петербурге и Европе. Прочитал несколько сцен из «Бориса Годунова».

Начинающего дипломата и опального поэта теперь много разделяло. Тем не менее, в стихотворении «19 октября» Пушкин писал:

Нам разный путь судьбой назначен строгий,

Ступая в жизнь, мы быстро разошлись,

Но невзначай проселочной дорогой

Мы встретились и братски обнялись».

Горчаков Александр Михайлович, князь, знаменитый дипломат, с 1867 г. государственный канцлер, в юности «питомец мод, большого света друг, обычаев блестящий наблюдатель» (как характеризовал его Пушкин в одном из посланий к нему). До поздней старости он отличался теми качествами, которые считались наиболее необходимыми для дипломата, но кроме светских талантов и салонного остроумия, он обладал также значительным литературным образованием.