Рейд. Охота

– Ну, что будем делать? – Опять спрашивал Каштенков.

Он уже начинал злить Саблина этим вопросом. Но Аким понимал, что Сашка имеет право их задавать, ведь формально Саблин старший по званию.

– Пойдём назад, на запад, – сказал Аким.

– И то верно, – опять соглашался пулемётчик, – уж больно многолюдно здесь, у реки, прямо в глазах рябит от людей. Тоже мне, пустыней называется. Только давай пойдём так пойдём, а то осточертело уже петлять по песку туда-сюда.

Акиму и самому надоело каждый час менять направление, но выбирать не приходилось, он кивнул и полез на бархан, очень ему хотелось оглядеться как следует, понять, что тут происходит.

Глава 4

Только что они собирались идти обратно, на запад, Аким хотел идти в том направлении хотя бы до темноты. Но как только он смог поднять голову над верхушкой бархана, он увидал двух даргов. Ему пришлось увеличить зум камер до максимума, чтобы понять, что это пустынные дикари. Они были почти в тысяче метров от него, стояли на бархане спиной к нему, смотрели на север.

– Видишь? – Спросил Саблин у пулеметчика, когда тот лёг на песок рядом с ним.

– Вот паскуды, а, – сказал Саша, приглядываясь к фигурам, он был озадачен, дарги стояли почти на западе от них, как раз там, куда они собирались идти. – И что теперь будем делать?

Аким думал, а Сашка продолжал:

– Ты глянь, а, стоят во все красе, не прячутся даже, жаль, степняков тут нет.

Да, степных казаков тут не было, не было ни хороших квадроциклов с ёмкими аккумуляторами, ни быстрых дронов с мощной оптикой. А по-другому с дикарями в барханах совладать не просто.

– Ну, так что делать будем? – Донимал Акима пулемётчик.

Прежде, чем Аким успел ответить, дарги спрыгнули с бархана и исчезли.

– К реке пойдём, – сказал Саблин и скатился с бархана.

– К реке? – Удивлялся Каштенков, скатываясь за ним. – А может, назад двинем? На запад.

– Найдут следы – догонят. Не хочу я с ними в степи воевать, шансов мало будет. Не будем знать, откуда ждать выстрела. А у реки всегда тыл будет, по воде эти заразы ещё не бегают. Так что до реки пойдём, а там – на север, по берегу.

– А прижмут к реке? – Сомневался пулемётчик. – А отрежут?

– Мы пластуны, на гранатах пройдём. Мы в броне, они голые, им любой осколок либо смерть, либо рана. Гранаты-то взял?

– Четыре «единицы», четыре «подствольных».