Суета сует

Отец с утра и до ночи пропадал на работе, а мать никого, кроме себя, не видела. Ему никогда ни в чем не отказывали, при первой же просьбе покупали игрушки, игры, наборы «Юный техник», модели самолетов.

– По тебе не скажешь, что ты такая решительная. Чтобы человека убить, надо смелость иметь. Тогда на базаре ты не боялась, что схватить могут или убьют?

– А мне все равно, для меня момент, когда нож прорывает оболочку телесную, словно оргазм, наслаждение неописуемое.

Золушка резко уселась и посмотрела Толе в глаза:

– С сегодняшнего дня ты мой, понял? Будешь возле меня двадцать четыре часа в сутки, неотлучно.

– Но…

– Никаких «но», иначе зарежу.

В доказательство девушка, непонятно откуда, вытащила нож, похожий на тот, который Толя видел на рынке, и провела языком по лезвию.

Москва. 1973 год

Майор Никитин и Анатолий Введенский

Главный следователь межрайонного следственного отдела майор Никитин недовольно постучал пальцами по столу, словно проиграл неслышную мелодию на клавишах пианино.

– Ну что, Введенский, на этот раз влип ты в говно по уши, думаю, загремишь в тюрьму лет на пять, а может, и больше. Не жалко себя губить из-за девки? Молодость-то бывает одна, – философски заключил майор.

Никитин пробежался взглядом по содержанию папки с данными арестованного. Несколько приводов как члена бандитской группировки, подозрения в грабежах и вымогательстве. Прямых доказательств не было, в основном косвенные улики, свидетели видели Анатолия тут и там в компании с другими подозреваемыми. Единственной зацепкой была несомненная связь между парнем и девушкой по кличке Золушка, настоящее имя и фамилия неизвестны, как и место проживания.

Непонятно, почему КГБ заинтересовалось малозначимым, по его мнению, парнем. Два дня назад Никитина неожиданно вызвали на Лубянку, где он получил инструкции, касающиеся Анатолия Введенского. Там же ему намекнули, что в случае успешного выполнения задания его повысят и переведут на работу «в органы».

Анатолий посмотрел на портрет генсека над головой майора. Главное – не смотреть начальству в глаза, лучше сосредоточиться на любом постороннем предмете.