Наблюдатель

Интересно, – подумала она, – мог ли представить Лев Николаевич, что обычная девчонка через сто лет, вот так сверху, будет разглядывать двор, по которому босиком ходил этот могучий бородач, ласково разговаривающий с курами и голубями?

Из приоткрытого окна тянуло свежестью. Мокрая листва шелестела и качалась от ветра, вызывая ощущение покоя и легкой ностальгии. Ей нравилось это место – много теней и зелени, несмотря на центр. Оно напоминало о детстве: постсоветские окраины парка ВВЦ, где они провели немало времени, среди утопающих в солнце и зелени павильонов и памятников.

Захотелось лучше рассмотреть крошечную беседку, и она приподнялась на носках.

– Соблазнительный вид! – раздалось сзади.

Юля быстро оглянулась.

Он стоял в начале лестницы и его блестящий взгляд был нацелен на ее бедра. Нетрудно было догадаться, куда он пялился до того, как она обернулась. Постояв пару мгновений, словно модель на подиуме, он сбежал вниз. Неугомонный нескладный школьник. Его напускная разнузданность проявлялась даже в движениях – руки и плечи были подвижны и скованны одновременно, словно крепились на ржавых шарнирах.

– Что мы тут делаем?

– Какое твоё дело!

– О, таинственное свидание? Иди ко мне!

Он потянулся к ней жирными губами, имитируя поцелуй. Как назло в этой курилке почти не бывало людей, особенно, теперь – к концу рабочего дня. Впрочем, именно потому она и выбрала это место. Но как ее нашел этот придурок?

– Ты следишь за мной?

– Мне нравится, когда ты злишься, – произнес он заученную фразу и протянул руки к ее бедрам, – это делает тебя сексуальней.

Он пришел в отдел меньше недели назад, и уже всем успел надоесть. Казалось, у этого парня не все дома. Он был лет на пять младше, и поначалу выглядел как обычный, страдающий от юношеского гиперсексуализма, нерд, которых Юля видела сотнями, работая в крупнейшей IT-компании. Только в отличие от остальных, у этого парня, возможно, на почве изучения ортодоксальных пикап-техник легших на перегруженный от сперматоксикоза мозг, поехала крыша.

– Зря кривляешься! Ты не тянешь даже на омегу, – сказала она, сердито прищурившись.

Улыбка на его лице немного поблекла.

– Злая девочка, – сказал он несколько растерянно, – иди ко мне.

– Иди к черту!

Зазвонил телефон.

– Да, Стас. Есть! – ответила она, понимая, что ее голос прозвучал слишком агрессивно и сердясь от этого сильнее.