Зверинец

 – На объекте всё спокойно, нарушений не обнаружено. Прибыл из патруля в двадцать три ноль-ноль.

– А кто сюда сунется? – задал бессмысленный вопрос майор Кононов.

Виктор напрягся. Что ему ещё ожидать от неадекватного человека?

– Я поговорить с тобой пришёл, – сказал майор Кононов и занял второе мягкое кресло, которое было в отсеке Виктора. – Я, надеюсь, ты не против со мной поговорить?

Люди были хозяевами в этом мире. Никто не мог быть против общения с майором, даже если совсем не хотел с ним общаться. За любое, даже малейшее нарушение, Виктора могли отправить в переработку.

– Я не против, – ответил Виктор.

– Знаешь, Виктор, – произнес майор, не переставая улыбаться, – я сказал начальству о биороботе другого пола. Они, конечно, ничего не обещали, но сама идея их заинтересовала.

Виктор решил промолчать. Он не знал, как поведёт себя человек в своём неадекватном состоянии. Виктор знал, что ему не стоило возражать.

– Скоро всё изменится, Виктор, – продолжал говорить майор.

Они хотят полететь на планету тех инопланетян, которых мы захватили. Что они там устроят? Перебьют местных жителей и создадут свою колонию. Вот так всё и делается. Ради удобства, ради богатства, ради полезных ископаемых. Лучше не придумаешь.

Виктор упорно молчал. Ему очень хотелось, чтобы надоедливый человек наконец ушёл. Виктор всё равно не понимал, что тот ему говорил.

– А, хочешь, создай себе механическую собаку или кошку, – предложил майор Кононов.

Виктор молчал. Зачем ему механическое животное, игрушка? Какой в этом смысл? Он просто хотел сидеть в мягком кресле, отдыхать и слушать музыку. Майор Кононов, пошатываясь, поднялся с кресла, хлопнул Виктора по плечу и произнес:

– Вот увидишь, Виктор, скоро всё изменится.

Виктор подумал, что не стоило майору принимать столько дурманящий жидкости. И когда майор, покачиваясь, наконец ушёл, Виктор с облегчением погрузился в мягкое кресло.

7

Профессор Синявский обладал одной особенностью. Он был чрезвычайно любопытен, стремился к новым знаниям, но чаще всего они были поверхностными. К инопланетным созданиям профессор испытывал особое, трепетное чувство, которое некоторые ученые испытывали к диковинкам или древним артефактам.