Рыцарь-разбойник

– Господин, – сразу стал серьезен монах, – после завтрака нам с вами нужно без промедления ехать в Мален.

– Зачем еще? – удивился кавалер.

– Епископ на заре уже туда отъехал, нам за ним надо спешить. – Волков смотрел на него, не понимая, к чему ему ехать в Мален да еще и торопиться, и тот пояснял: – Деньги, господин, деньги ждут нас. Две тысячи двести талеров, что обещал нам епископ на кирху. Нужно забрать их, пока старик не передумал, или не забыл, или, прости господи, не умер. Куй железо, пока горячо!

Монах был прав, никакой бал и никакой турнир не стоили двух тысяч двухсот талеров.

– Да, – сказал Волков, подумав, – да, поедем немедля, как только поедим.

Но не довелось им позавтракать. Едва повернулись они, чтобы двинуться к обеденной зале, так перед ним встал важный господин. То был, кажется, канцлер графа, он важно и с поклоном произнес:

– Кавалер и господин Эшбахт, девятый граф Теодор Иоганн фон Мален просят вас уделить им время для важного разговора.

– И когда же граф желает говорить со мной? – пытаясь скрыть удивление, поинтересовался кавалер.

– Коли будет вам угодно, то немедля.

– Я готов говорить сейчас. – Волков обернулся к монаху и велел: – Со мной иди.

Кавалер шел и гадал, что за серьезный разговор затеял молодой граф.

И, признаться, тревожился. Если старик граф казался ему дружелюбным и радушным, то старший сын виделся абсолютно иным. Был он на вид жесток и, кажется, умен. Глаз у него был холоден и внимателен. А еще оказался он немногословен и умерен в вине.

Канцлер провел кавалера в небольшую и светлую комнату, там оказались дамы. Одна из них была полная и важная, но незнакомая ему, рядом находились Элеонора Августа фон Мален и ее спутница, та, что была на турнире, кажется, звали ее Бригитт. Кавалер обрадовался знакомым лицам. Думал, что Элеонора подойдет поздороваться. Вчера так она и руку его брала при всех, и за столом с ним смеялась, как будто друг он ее старый.

– Кавалер, прошу вас, сюда! – Канцлер сам открыл дверь и пропустил Волкова в роскошный кабинет с большим столом. Монах прошел за ним, а уж после и сам канцлер вошел внутрь, затворив за собой дверь.

Там их ждал молодой граф.