Рыцарь-разбойник

– Кто те счастливцы, что будут танцевать с вами? Есть ли господа, которым вы отдали свои танцы? Кто танцует с вами первый? – несмело продолжал юноша.

Волков смотрел на этого сопляка и чуть не морщился, так ему было это противно, а вот Брунхильда расцветала от внимания молодых людей.

– Нет, никому я свои танцы не обещала, – сказала она.

Тут же фон Литтен подошел к ней, поклонился и произнес:

– Могу ли я надеяться, что вы окажете мне милость и будете танцевать свой первый танец со мной?

– Хорошо, – чуть покраснев, отвечала красавица.

И тут же тот, что был робок, попросил второй танец у нее, и третий юноша тоже просил танец. И она всем обещала, после чего они стали целовать ей руку, и Волков всем своим видом показывал, как это все ему не нравится, хоть он и молчит. Кавалер уже искал способ побыстрее от них избавиться, но так, чтобы это не выглядело невежливым, как тут приехали помощники распорядителя, и один из них сказал:

– Господин Эшбахт, турнир на сегодня закончился, остальные выезды будут уже завтра, а сейчас распорядитель просит вас с вашими людьми идти к арене, маршал и граф будут смотреть всех там.

– Я и мои люди готовы, мы идем немедля.

Глава 6

Он думал, как ему лучше: выехать, надев на прекрасные доспехи фальтрок, или показать их во всей красе. Но решил, что скромность будет ему украшением, а на виду в любом случае останутся поручи, перчатки и наголенники. Тем более что фальтрок, этот бело-голубой халат из великолепного шелка, и сам был весьма неплох.

Только шлем кавалер надевать не стал. Шлем и отличную секиру вез за ним Сыч.

Люди Волкова построились, все понимали важность момента, и офицеры короткими окриками выравнивали строй. Сначала Брюнхвальд и его великолепные люди, настоящие доппельзольднеры. Затем люди Рене и Бертье, которые были тоже неплохи, а уже последними стояли люди Рохи. Может, и неказистые на первый взгляд, но каждый при отличном мушкете.

«Долго ли придется ждать?» – только подумал Волков, как из ворот арены быстро вышел распорядитель, громко крикнул: «Ступайте! Ваше время!» – и стал призывно махать руками, зазывая кавалера на арену.