Рейд. Саранча

Мозг существа надёжно экранирован, у нас складывается ощущение, что оно ещё генерировало и электромагнитные волны. Понимаете?

Саблин почти ничего не понимал.

– Мы думаем, что оно выдавало низкие звуковые волны и комбинировало их с высокочастотными магнитными волнами. – Пытался объяснить капитан медицины.

Это тоже не сильно прибавило Акиму понимания.

– Но даже если это так, – не торопясь продолжал штатский, он, казалось, обдумывал каждое слово. Для убедительности он даже пальцем крутил невидимый обруч в воздухе.

 – Ему нужна энергия, море энергии, оно должно было таскать с собой десятикиловаттный генератор.

– Не было с ней никакого генератора, – произнёс Аким и добавил, – и аккумулятора не было. Ничего с ней не было, она была, – он взглянул на красивую женщину, – худая, ноги длинные, подвижная вся. Только брюхо у неё было, ну… немаленькое, и там жидкость была, на ходу оно колыхалось. Брюхо, и больше ничего.

– Нам надо его найти, – твёрдо сказала Панова, обращаясь к Саблину.

 – Это существо опасно.

А Аким сделал вид, что не слышит её. Даже не поглядел в её сторону.

– Понимаете, нам нужно найти останки этого существа, иначе скоро они будут хозяйничать на ваших болотах. – Продолжала женщина, пристально глядя на Саблина. – И будут они заметно сильнее, так как это всего-навсего экспериментальная модель.

Он всё равно её не слышал, а баба настырная была, ей был нужен его ответ, пусть даже отрицательный:

– Вы слышите меня, господин Саблин?

– Товарищ… – поправил её Аким.

– Да-да, конечно, товарищ Саблин. – Исправляется она и лезет своей мордашкой чуть ему не в лицо, заглядывает в глаза.

Аким молчит, какая же противная баба, он на неё даже глаз поднять не хочет, а она ждёт, зараза белобрысая. А чего она от него ждёт, старики уже казаков посылали туда. Ездили как на войну, в полной боевой выкладке. Ясное дело, ничего не нашли.

Разве трупы в болоте сыщешь? Любой труп рыбы, улитки и пиявки за два дня до костей обглодают.

А если труп на земле лежит, так его стрекозы с оводами днём, а мошка ночью есть будут. А ещё раки на мертвечину ночью из воды вылезут, они тухлятину за много метров чуют. Если что от жабы осталось, так это кости. Да и они долго не пролежат.

Мужчины молчат, Аким тоже, а баба – нет, не унимается:

– Товарищ, Саблин. Нужно найти её останки, – она понимает, что это маловероятно, – ну хотя бы то, что могло сохраниться, то, что найдём.