Нечто из Рютте

Я тут недавно одного из таких обозвал болваном, – барон погрозил Волкову пальцем, – болваном! При слугах! Что, думаете, он за меч схватился? Перчатку мне кинул? Потянул к барьеру? Черта с два! – Барон снова погрозил пальцем и засмеялся. – Он сделал вид, что не заметил! У них все мысли о быках производителях, да поднимется ли пшеница после дождей. И никаких поединков. Им хоть в морды плюй.

– Ну, вы старый вояка, с вами опасно связываться, – Волков налил вина себе и барону. – Возможно, он просто решил быть благоразумным.

– Именно! – Заорал барон, хватая кубок. – Они тут все благоразумны, у них нет выбитых зубов, у них нет отрубленных пальцев, у них лица как у женщин!

– То есть? – Не понял Волков.

– Вот у вас шрам на правом виске, откуда? Свежий еще.

– Зимой болт пробил шлем.

– Вот, зимой получил, а у них нет вообще никаких шрамов. И разговоры у них про цены на шелк да на шафран, про урожаи, да про то, что хмель нынче дорог, да про лошадей. – Барон почти орал все это в лицо солдату.

Он выговорился, сел и откинулся на спинку кресла. Посидел, поигрывая кубком, и продолжил:

– Мой последний боевой товарищ умер, его дочь пропала, сына убили, а я даже не могу наказать тех, кто в этом виноват. Потому что я не знаю, кто всё это делает!

Волков ничего не ответил, молчал.

– Значит, вы не возьмете деньги? – Спросил барон, чуть успокоившись.

– У меня нет уверенности, что я справлюсь, господин барон, я устал. Я болен.

– Судя по всему, вы честный человек, и вас нельзя отпускать. – Фон Рютте, смотрел на Волкова с прищуром. Он грозил ему пальцем. – Нельзя!

– Господин барон, мне пришлось завести слугу, потому что я сам не могу одеться…

– Да, и кстати, о слуге. Он ведь один из моих холопов? Он крепостной?

– Нет, говорит, из вольных.

– Вот, ещё и мужика у меня увели.

– Я был вынужден, я даже не могу одеться и сесть на коня, не говоря уже о том, что б оседлать… Лет пять назад я бы с радостью взялся за такую работу, а сейчас… – Волков покачал головой.

– Ладно, не буду вас неволить. Но скажите, что бы вы сделали на моем месте?

– Нанял бы хорошего коннетабля…

– Это я и пытаюсь сделать, – барон отмахнулся, – но что, если бы вы уже были коннетаблем?

– Первым делом выяснил, кто у вас владеет ламбрийским и умеет писать на нем.