Линкор «Альбион». Часть 2. Правь, Британия

– А с новыми фотокамерами знаком? Это те, что с «длинными» объективами, которые снимают с большого расстояния.

– С фотокамерами знаком, работать с ними могу, – уверенно отвечал Квашнин, – про новые объективы читал. Хотел попробовать.

– Вот и попробуй! – продолжал великосхимный. – Купи лучшую камеру и самый лучший объектив, мне будут нужны фото всех офицеров с линкора. Брат Вадим тебе в помощь. Он тоже большой любитель всякой техники. А ты, брат Тимофей, помоги им местом, устрой квартиру, чтобы они проходные с верфей, через которые выходят англичане, могли снимать без труда.

– Понял. Там напротив ворот верфей есть хорошие чердаки, может, какой подойдёт, – припомнил Елецкий. – Мы с братом Емельяном, – он взглянул на казака, – займёмся этим прямо сейчас.

– Займитесь; а как освободитесь…, – теперь великосхимный поглядел на Тютина, – ты, брат Емельян, с братом Валерием прошвырнитесь-ка по кабакам, где ошивается британская матросня.

– Зачем? – сразу оживился казак.

– Надо будет найти самого драчливого забияку с линкора, желательно какого-нибудь унтера, а не простого матроса.

– Так, ага, – сразу стал вникать в суть дела Тютин. – А для чего он нам надобен?

– Для разговора, – отвечал ему брат Ярослав.

– А! Типа «языка» взять для допроса! – догадался казак.

– Да, «языка» для допроса, – кивнул великосхимный. – Вот только он нам понадобится, когда брат Аполлинарий и брат Вадим сделают нам фотографии офицеров с линкора.

– Всё понял, всё сделаем.

– Брат Валерий тебе в помощь будет.

И тут Тимофей Сергеевич Елецкий всё-таки спросил:

– Так у тебя, брат Ярослав, есть мысли по поводу дела?

Этот вопрос был не праздный, все хотели знать, есть ли у руководства план, чтобы ободриться, чтобы понять, что все их усилия не были и не будут напрасны. Но вместо этого великосхимный как-то уклончиво сказал:

– Мысли-то у меня всегда есть, – а потом ещё добавил всё так же туманно: – Они у меня на всякое дело имеются, да вот не на всякое дело правильных мыслей у меня хватает.

Елецкий поглядел на него искоса, вроде в этом взгляде было и восхищение – вельми великомудр брат во Господе Ярослав, – но и недоумения в глазах резидента хватало тоже. После он вздохнул, и на этом стали братия из квартиры расходиться.