Вассал и господин

 – Слышишь меня, собака?

– Да, госпожа, – кряхтела под ее ногами Астрид.

– Лай, хочу слышать, как ты лаешь!

Агнес притопнула ногой по спинище служанки, и та попыталась лаять, да выходило у нее плохо, от страха получалось только глупое ойканье в пол.

– О-о-о, – вырывалось у нее.

Агнес засмеялась.

– Дура, а еще перечила мне. На каждое мое слово огрызалась, а сама волю должна была мою исполнять. – Снова ногой притопнула: – И все! Слышишь, волю мою исполнять!

И опять посмеялась, чувствуя, как вздрагивает от страха под ее стопами спина служанки.

– Отныне будешь собакой моей, – продолжала Агнес. – И имя у тебя будет собачье. Утой будешь. Слышишь?

– Да, госпожа, – в пол пробубнила Астрид.

– Как звать тебя?

– Звать меня Ута, – глухо сказал служанка.

– Громче!

– Утой меня звать, – отвечала служанка громче.

– И кто ты?

– Собака… Я собака ваша.

– Молодец, – удовлетворенно произнесла Агнес, слезая со спины служанки. – Встань на колени.

Та повиновалась. Агнес как увидела синеющую щеку ее, так опять засмеялась, но тут же взяла себя в руки и заговорила строго:

– И бежать не думай от меня.

 – Она с наслаждением стала говорить служанке, заглядывая ей в глаза: – Я найду тебя, коли сбежишь. Найду и покараю. Сначала через дыру твою вырву из тебя твою бабью требуху, затем пальцами этими, – она поднесла к самым глазам служанки скрюченные свои пальцы, – один за другим выдавлю глаза твои коровьи, а после разрежу тебе грудь, и достану твое сердце вместе с бессмертной душой твоей, и сожру его сырым. Ясно тебе?

Астрид, а вернее уже Ута, мелко кивала головой, соглашаясь и дрожа от страха.

– Отныне и навек будешь ты псиной моей, при ноге моей. До смерти. Повтори!

– Да, госпожа, – прошептала служанка, – псина я ваша, навек.

– Вот и хорошо, – вдруг абсолютно спокойно произнесла Агнес. Она отошла, забралась на кровать и велела: – Книгу сюда подай и поднос мне с едой неси.

Ута вскочила и бегом кинулась исполнять приказание, а Агнес сидела на кровати и была счастлива.

Только вот рука у нее стала болеть, пальцы под кольцами опухли, и кольца теперь слезать не хотели.

Ута принесла ей книгу и поднос с едой и вином, поставила ей его на кровать. Делала она это расторопно, не то что раньше.

– Принеси мне масла с кухни, а то кольца не снимаются, отбила о рыло твое всю руку себе.

Служанка бегом бросилась, а девушка осталась в комнате одна на кровати с вином, едой и книгой. И в минуту эту была она счастлива.