Инквизитор. Божьим промыслом. Стремена и шпоры

И на дуэль бюргера не вызывал.

– Вы просто убили его! – догадался молодой человек.

– Ну что вы, фон Флюген, я же Рыцарь Божий, я не должен убивать чернь. Я просто отрубил ему руку, в которой он держал палку, которой бил меня.

– Ах вот как!

– Да, мой друг, именно так – чтобы воздать хаму должное, вовсе не обязательно вызывать его на поединок.

– Я понял: мне нужно отрубить Фабиусу руку, – догадался молодой человек. – Но мне нужно узнать, где он живёт.

Волков поморщился. Подобного развития событий он как раз всеми силами пытался избежать.

– Да нет же, – генерал чуть подумал и продолжил: – В ваши годы я уже побывал на южных войнах. А в тех цветущих краях много больших и мощных городов. Городов очень и очень богатых. И там местные нобили люто враждуют друг с другом за первенство в городе, ненавидят и убивают врагов из вражеских семей веками, и они не очень часто вызывают друг друга на поединки – поединки, как они считают, для дураков, – а просто ждут удобного момента, чтобы застать зазевавшегося врага врасплох где-нибудь в тёмном переулке и впятером зарезать его одного.

Иногда они просто нанимают убийц или вовсе травят противников ядом. Ничем не брезгуют. И это не считается у них зазорным, они называют это кровной враждой, вендеттой. Яд, удар кинжалом в спину, удар из-за угла… Для них всё приемлемо. Они же бюргеры. Точно такие же, как и наши. Как те, что сегодня смеялись, когда вас избивали.

– Значит, мне нужно найти товарищей, – сделал свой вывод фон Флюген. – Или нанять других людей.

– Или дождаться нужного момента.

– Мне нужно затаиться и ждать?

– Если даст Бог – время для воздаяния наступит. Подождите немного. И вообще, учитесь ждать.

– Хорошо, я подожду, – произнёс молодой человек.

– Вот и прекрасно; а чтобы ожидание вас не обременяло, займитесь моими лошадьми, за занятием и ждать не так скучно.

– Лошадьми? – кисло переспросил юноша.

– Именно лошадьми, – настоял генерал. – И даже не заикайтесь мне про свои больные пальцы. Слышать ничего не хочу, а сделаете плохо, так я устрою взбучку Хенрику.

А уж он вам всё тогда припомнит.

После этого разговора у барона стало складываться впечатление, что его затея, как говорится, не выгорит. Вернее, не выгорит дешёвый вариант его затеи. И приехавшие после обеда Максимилиан и фон Готт лишь укрепили в нем это понимание.

– Ну, что там произошло с фон Флюгеном? – сразу спросил генерал, как только они собрались втроём за отдельным столом, где их никто не слышал.