Близнецовые пламена

Прислушавшись, он услышал грохот ломающихся дверей, крики отца, братьев и страшный, душераздирающий крик сестры. Авнер бросился вниз дома, на первый этаж. То, что он увидел, заставило его ужаснуться. На полу комнаты лежали окровавленные тела его родных и любимых людей. Дом горел. Авнер стоял посреди комнаты и плакал, он ничего больше не хотел, он хотел остаться тут, остаться и оплакивать свою семью… Пожар становился все сильнее и сильнее, дышать становилось невозможно. Силы оставили юношу, он начал терять сознание, но в какой-то момент увидел тот взгляд и услышал голос, который прокричал ему:

– Ты должен жить! Должен жить ради меня! Должен жить ради нашей встречи!

Крик был такой неистовый и такой настойчивый, что Авнер, собрав все оставшиеся силы, поднялся с пола и, пробираясь на ощупь между горящей мебели, выскочил в разбитое окно, успев схватить с комода, чудом уцелевшую скрипку.

Как только он очутился на улице, крыша и стены дома начали рушиться и, упав, погребли под собой все, что ему было дорого.

Оглядевшись по сторонам, Авнер увидел, что не только его дом подвергся нападению. Со всех сторон слышался плач, крики, стоны, пахло гарью и весь, некогда цветущий квартал превратился в страшные руины. Авнер был так потрясен произошедшим, что стоял неподвижно и смотрел, как догорает его дом. Мимо него вереницей шли люди. Одних Авнер знал, других нет, но он не мог пересилить себя и пойти с ними.

– Сынок! – услышал он старческий голос соседа Шимона.

– Где твоя семья? Где отец?

Авнер посмотрел на старика, и тот понял, что больше у юноши никого нет.

– Пойдем сынок, пойдем. Тут нельзя оставаться. – Шимон обнял молодого человека и повел его прочь из этого города.

Сидя на окраине города Авнер рассказывал Шимону о том, что приключилось. Ему необходимо было выговориться, и мудрый старик слушал, изредка кивая и поднимая глаза к небу. В квартале, где они жили, как и во всей Испании, иудаизм был запрещен. Больше ста лет назад, в конце XV века, тысячи евреев изгнали из Испании, а тех, кто остался – насильственно крестили и под страхом смерти запретили даже вспоминать о своей истинной вере.

Но так или иначе тайные знания передавались детям из поколения в поколение, так же как передавались обряды и традиции. Шимон был родом из древнего еврейского рода, и его прадед был известным и уважаемым раввином, который имел немалые связи в обществе Испанской знати, что и дало ему возможность избежать смерти в те страшные годы гонений.