2025. Война или миф?

Срочно! Вы что-то помните, готовы дать показания? – спросил майор, обращаясь к Николаю. – Как долго вы могли находиться в таком состоянии?

– Дня четыре.

– Как определили?

– По щетине.

– Ясно. Воспоминания – ?

– Нет, ничего в памяти не всплывает. Только начиная с пробуждения на столе в подвале.

Женщина сделала забор крови и выдала Николаю баночку для сбора мочи.

Через некоторое время опрос продолжился.

– Выходили с кем-нибудь на связь?

– Пока нет… я не помню номера телефонов, а телефонного аппарата при мне не было.

– Да, на момент, когда я осматривал тело, при нем ничего не было. Обшарили кусты в окрестности – чисто. Тем более снег свежий был, следов особо и не было. Только то, что свидетели натоптали.

– Свидетели?

– Ну да, те, кто сообщил о найденном теле. Как обычно – кто-то гулял с собакой… классика жанра.

Майор достал чистую форму опросного листа.

– Поймите правильно, я должен соблюсти установленные процедуры и формальности. Фамилия, имя, отчество?

– Иванов Николай Владимирович.

– Социальный статус, место работы.

– Государственный служащий, Президент России.

– Хорошо, сейчас внесу информацию, которую уже обсудили. Есть что добавить?

– Пока нет.

– Тогда распишитесь здесь: с моих слов записано верно, число, подпись.

– А какие дальнейшие планы? – поинтересовался президент. – Я, конечно, понимаю, что это не привычная борьба с мелким хулиганством в уездном городке – дело весьма серьезное.

– Надо подключать генеральную прокуратуру, следственный комитет, ФСБ и ФСО… всех на уши ставить, несмотря на время суток, – ответил майор.

– Домой? – переспросил президент.

– Ну да, вы же здесь живете. Семья здесь. Это все знают.

«Интересно, – начал размышлять Николай, – все знают, кроме меня. Как так получилось, что за последние полгода президентства я почти всё помню, а вот про семью, место жительства, про детство, юность, взрослую жизнь до этого, про последние дни перед новым годом – ничего? Если моё исключение из Системы – это дело рук профессионалов, а так оно, скорее всего и есть, если мне принудительно стерли память… если, очень может быть, вводили в состояние гипноза и внушения… где гарантии, что меня привезут именно в мою семью? Может, это будет муляж семьи? Или очередная ловушка – возможно, я не должен был оживать.