Девочка и домовой. Хроники затомиса

Неожиданно один из черных монахов, с массивной золотой цепью и медальоном в форме куба на груди, посмотрел на мальчика, и глаза их встретились.

Бледное аскетическое лицо незнакомца искривила неестественная улыбка, смешанная с ненаигранным удивлением, и он помахал мальчику рукой, как бы приглашая пройти в зал и присоединиться к общему застолью. Мальчика особенно неприятно поразил этот жест, словно бы выполненный человекообразным автоматом.

– Проходите, сударь, – раздался вкрадчивый голос. – Раз уж вам удалось пробраться через Коридор, то проходите, присоединяйтесь к нашему столу.

Мальчик в нерешительности уже сделал несколько шагов по залу, когда в его сознании прозвучал неизвестно откуда взявшийся, но до боли знакомый голос. Он как бы пробивался через толщу земли, был сильно приглушен, но довольно отчетлив: «Не смотри, не слушай, погубят тебя!»

Лицо монаха исказилось сначала недоумением, затем злобой, но в следующее мгновение мальчик почувствовал, что зал куда-то исчезает, а сам он, скрючившись, лежит в купе на полке, и его бьет дикий озноб.

«Это летом-то, в жару! – подумал Андрей, приходя в себя после пережитого. – Что это со мной произошло, почему мне так холодно? Я только что, кажется, терял рассудок».

Он повернулся спиной к стене и увидел за столиком маму, которая дула на чай в стакане.

«Что же получается? – в смятении подумал мальчик. – До того, как я попал в этот город, мама вошла в купе, и чай был горячим – и сейчас от стакана пар идет, – а мне показалось, что с того момента несколько часов прошло.

Мама улыбнулась Андрею:

– Ты уже проснулся, сынок? Вставай, одевайся и иди мыться, а я пока завтрак приготовлю. Что это ты трясешься, как в стужу? – вдруг посерьезнела она. – Тебя что знобит? В купе же жарко!

Она озабоченно потрогала его лоб и вдруг удивленно отдернула руку.

– Да ты холодный, как ледышка, что с тобой случилось?

– Да так, сон странный приснился, – невнятно пробормотал Андрей и, чтобы не вдаваться в объяснения, нацепив шорты и майку, быстро выскочил в коридор, затем вернулся, схватил зубную пасту и полотенце, после чего устремился к туалету.

Поезд двигался к Трускавцу, путешествие продолжалось.

ГЛАВА 3. Трускавец

Позади осталась долгая дорога и необычные события, позади остались встречи на перроне, устройство на новом месте, первые дни привыкания к новому месту и отъезд отца.