Ангел Господень

– Ты совершила тяжкий грех, Мария, – начал Гавриил тихим голосом, медленно поглаживая при этом свою бороду, – ты вступила в порочную связь с горшочником Пандерой и зачла от него ребенка. Сие прелюбодеяние карается смертью в вашей стране. Но Бог милостив и он прощает тебе этот грех. Господу ведомо, что в связь с горшочником Пандерой ты вступила по великой любви и что муж твой Иосиф не в силах удовлетворить твоих естественных желаний. Бог все это видит и понимает. Тем не менее, ты никогда не была бы прощена, если на твоего будущего ребенка не пал Божий выбор.

Крик отчаяния чуть было не вырвался из груди женщины, но она успела вовремя зажать рот руками.

– Ты, кажется, не рада этой новости, Мария? – удивился Ангел.

– Нет…, почему же…, – забормотала растерянно молодая женщина, – просто…, просто я бы предпочла, чтобы у меня был самый обыкновенный ребенок, который ничем не отличался от своих сверстников.

– Понимаю тебя, Мария, – закивал головой Гавриил, – как любой матери, тебе хочется, чтобы твой ребенок всегда оставался с тобой. Понимаю, но помочь тебе не смогу. Выбор сделан. Тебе придется смириться с тем, что твой сын станет машиахом, что ему уготовлена в этом мире великая миссия, что он поведет народ Израилев, а за ним и все человечество светлой дорогой к царству любви и справедливости.

Ангел Господень замолчал, внимательно вглядываясь в лицо молодой женщины и ожидая ее ответа.

– Почему я, блудница, – заговорила та нерешительно, – выбрана в матери будущего машиаха? Разве мало других, более достойных женщин?

– Твой муж Иосиф из рода царя Давида. А в Священном Писании сказано, что машиахом станет потомок Давида. Это одна из причин Господнего выбора. Другие же причины своего решения, – Ангел развел руки в стороны, – Всевышний мне не поведал.

– Скоро мой муж узнает о моей беременности и тогда…

– Об этом не беспокойся, Мария, – прервал женщину Гавриил, – я поговорю с Иосифом. Он будет убежден, что ты зачла ребенка от Святого Духа. И ты, Мария, не должна его в этом разубеждать.

– А как же Пандера…?

– С горшочником я тоже поговорю.

г. Свердловск, 1968 год.

Мочевой пузырь раздулся до размеров волейбольного мяча.