Ангел Господень

Все отобрали, даже сандалий не оставили. А я то, по глупости своей, ни расписок, ни обязательств с купца не брал и денег теперь с него требовать не могу. А мне их отдавать надо. Ростовщик грозится: если через десять дней долг не верну, он на меня в суд подаст. А в суде, сам знаешь, долго разбираться не будут. Шесть лет рабства и разговор закончен.

Мужчина тяжело перевел дыхание.

– Иосиф, я пришел к тебе за помощью.

– Но чем я смогу помочь? – развел руки в стороны хозяин дома, – ты же знаешь, хоть я из царского рода, но лишних денег у меня отродясь не водилось.

– Знаю! – замахал руками гость, – знаю! Не денег я пришел просить. Я тебе обмен предлагаю.

Плотник от удивления открыл рот.

– Обмен!? Какой обмен!?

– У тебя есть скот, – перешел на шепот родственник, – две коровы, бычок, овцы. Ты отдашь мне бычка и пять овец, а я тебе взамен свою младшую дочь Марию. Я скот продам и с долгом рассчитаюсь, а у тебя молодая жена будет.

На некоторое время Иосиф потерял дар речи, таращась на гостя изумленными глазами.

Тот с жаром продолжал:

– Ты же знаешь мою Марию. Красавица, каких сыскать трудно! Щечки – персики зрелые! Губки – словно вишня в соку. Грудь – что дыни медовые, сами в рот просятся. А остальное…

– Спору нет, хороша девица, – перебил родственника Иосиф, к которому, наконец, вернулась речь, – но уж больно молода она для меня. Что я буду с ней делать?

– Да то же, что с первой женой делал! – вскинул руки Исаак.

Хозяин дома в ответ крякнул и смущенно потупил взор.

– Не сомневайся! – родственник похлопал его по колену, – ты как увидишь ее тело, так твой боец вскочит не хуже чем у жеребца годовалого! Кувшин с водой на нем сможешь носить!

Теперь настала очередь Иосифа теребить бороду.

– А что, если прав родственник? – думал старый плотник, – что, если женитьба на молодой девушке вернет мою мужскую силу?

Иосиф стал вспоминать, когда в последний раз видел дочь Исаака. Кажется, это было на пасху у храма. Мария шла тогда под руку с матерью и на лице ее блуждала задумчивая улыбка.

– Действительно, хороша девица, – продолжал размышлять плотник, – вот только цену за нее родственник заломил непомерную.

– Ладно! Беру твою дочь в жены! – вслух произнес он, – давай теперь цену обговорим.

О цене спорили долго, до хрипоты. В конце концов, ударили по рукам. Тут же составили ктубу, брачный договор. Выкуп за невесту, могар, в окончательном варианте включал в себя бычка, двух овец, мешок риса и отрез льняной ткани.