Хранить вечно. Дело № 3

Аппаратуру на месте монтировали тоже вы?

Команду установить прослушивающие устройства на конспиративной квартире, числящейся за Спецотделом ОГПУ, он дал, сразу, как только узнал, что начальник упомянутого Спецотдела Глеб Бокий встречался на этой самой квартире с Трилиссером, изгнанным недавно из лубянского кабинета.

– Так точно, я. – кивнул военинженер. – Сам проверял качество записи с микрофонов. Мы поставили их три – так, чтобы во время работы можно было переключать запись с одного на другой.

– Весьма разумная предосторожность.

 – кивнул Агранов. – А готовую запись вы прослушивали?

– Так точно. – военинженер облизнул языком губы. – Надо же было убедиться, что запись качественная…

Волнуется, понял Агранов. Значит, на записи что-то по- настоящему опасное. Такое, о чём даже сотрудник технического отдела ОГПУ, которому по долгу службы постоянно приходится иметь дело с государственными секретами, предпочёл бы не знать. Что ж, тем лучше, тем лучше…

– Запись получилась вполне приличная. – продолжал, справившись с волнением, военинженер.

 – Только слушать придётся через наушники, звук слишком слабый. Позвольте…

Он откинул в задней стенке ящика крышку и извлёк оттуда большие эбонитовые наушники на витом электрическом шнуре. Повозился, закрепляя клеммы на панели прибора.

– Готово, товарищ особоуполномоченный! Вот эта клавиша – включение записи, вот эта – остановка. Если захотите прослушать какой-нибудь фрагмент ещё раз, то вот этот рычажок, сверху, управляет перемоткой. Вправо – вперёд, влево – назад.

– Как-нибудь разберусь. – Агранов взял наушники и надел на голову. Военинженер сунулся было поправить, но замер, наткнувшись на недовольный взгляд.

– Вы, товарищ, подождите пока в приёмной. Если понадобится что-нибудь по технической части, я вас вызову.

– Значит, решено. – Трилиссер поднялся из-за стола. Видимо, сегодня была его очередь в волнении расхаживать по комнате. – Пусть Барченко попробует повторить опыт Либенфельса с этими, как их…

– Зомби.

 – подсказал Бокий. Он, не в пример прошлой их встрече, сохранял видимость спокойствия, только хлестал коньяк рюмками, усидев на пару с собеседником целую бутылку. – Немцы называли их на гаитянский манер, а наши умники предпочитают другой термин – «мертвяки».

– Ну, пусть будут «мертвяки». – согласился собеседник чекиста.

– Лишь бы не случилось такого конфуза, как в замке у Либенфельса. Барченко уже решил, как он собирается их контролировать?

– Пока думает.