Д.О.П. (Департамент Особых Проектов)

Он, барон Корф! То в официальной обстановке, в окружении мужчин в разномастных мундирах, то в спортивном зале (как поспешила объяснить Наталья, раньше барон держал в Москве фехтовальный клуб), то верхом, на сером жеребце, в кавалергардском мундире, блестящей кирасе и каске с имперским двуглавым орлом на гребне…

Часть фотографий были цветные и, как безошибочно определила Алиса опытным глазом профессионального фотографа, сделаны не самым дорогим цифровым аппаратом. Ио не это её сейчас интересовало – девушка жадно рассматривала снимки, борясь с желанием выпросить их у владелицы.

– Кстати, – заметила Наталья Георгиевна, дождавшись, когда Алиса оторвётся, от фотоснимков, – Яков Моисеевич недавно вернулся в Россию из Франции. Сейчас он в Петербурге – какое-то важное поручение по линии Д.О.П. – но вскорости они с Корфом должны быть в Москве. Тогда и познакомитесь с баро… с ними обоими, дорогуша.

И спрятала улыбку, увидев, какой неподдельной радостью вспыхнули глаза гостьи.

– Однако же, засиделась я, пора и честь знать… – Алиса промокнула губы салфеткой и сделала вид, что собирается встать. – Да и спутница моя будет волноваться – вы же обещали, что не будете меня задерживать, а мы второй час тут сидим!

Уходить ей не хотелось совершенно. Незаданных вопросов оставалось ещё немало, не говоря уж о прибавившихся новых. Но – часы в резной башенке в углу конторы, только что отзвенели пять пополудни. Действительно, пора…

– Что ж, надеюсь, мы с вами ещё не раз будем иметь случай побеседовать.

И нажала на латунный грибок звонка на углу бюро. В соседней комнате мелодично звякнуло, и тут же в двери возник молодой человек лет примерно шестнадцати – одетый, как приказчик из приличной лавки, круглолицый, русоволосый, со шкодливой ухмылкой на веснушчатой физиономии.

– Прошу любить и жаловать, – Наталья сделала жест рукой в сторону новоприбывшего.

– Чего ж тут непонятного? – отозвался веснушчатый. – Сделаем в лучшем виде. Леворверт брать?

Женщина задумалась – впрочем, всего на пару секунд.

– Бери, только какой поменьше. «Бульдог», что ли бельгийский? А то будет торчать из-за пазухи, только городовых смущать почём зря.