Берег скелетов

Граф тогда из плена через Штаты сваливал, а его салютом из автоматов встретили, правда, шмаляли не вверх, а по нему. И был с ним еще кто-то, но тот себя шмальнул. В общем…

– Вот что, Водяной, – недовольно перебил его Тимур, – мы платим, ты работаешь. Пятнашку ты имеешь и плюс все остальные дела – ну, там, билеты, питание и…

– Короче, еще пять, и все, – усмехнулся Водяной. – Если ничего не вызнаю, с вашей стороны претензий нет. А если все узнаю, еще добавляете треху. Годится?

– Да, – кивнул Руслан.

– А не дорого? – проворчал Тимур.

– Тогда сам хлопочи, – ответил старик, – вообще затрат никаких.

– Все, – кивнул Руслан, – базар закончен. Сколько тебе надо времени?

– Я так мыслю, что вам это в темпе надо узнать, – спокойно проговорил Водяной. – Но если заказ срочный, положим, пара дней, но тогда придется накинуть, потому что если быстро, то…

– Если через двое суток мы будем знать все, еще пять! – отрезал Руслан.

– Умеешь ты быть убедительным, – усмехнулся Водяной.

Япония, Токио

Ниндзя, в стремительном прыжке преодолев расстояние в три метра, успел запрыгнуть под опускающиеся ворота. Перекатившись вправо, замер.

– …чим неплохие деньги, – послышался голос уходившего от машины человека. – Можно было поторговаться, но дело в том, что эту партию оружия Золотой Коготь хочет отправить в Чад. Там начались какие-то волнения, повстанцы имеют богатого спонсора, и цена довольно высока. Я сегодня разговаривал с представителями Фронта освобождения и решил провернуть эту сделку.

Ниндзя осторожно выглянул из-за машины и увидел стоящего у дверей невысокого полного японца с чемоданчиком в руке и двух телохранителей. Он вытащил из-за пояса звездочки.

– Хорошо, – довольно улыбаясь, проговорил седой японец и внезапно умолк, глядя на упавшего телохранителя. Неожиданно второй рухнул лицом вниз. Японец с чемоданчиком испуганно вскрикнул. Рука в перчатке легко коснулась его шеи, и он обмяк. Ниндзя подхватил его и аккуратно положил на бетонный пол.

– Имя представителя повстанцев Чада? – спросил ниндзя.

Офунато

– Мама умерла, – опустив голову, тихо проговорила пожилая японка. – Исао дома не было.