Я выжил, начальник!

– Тоже номер люкс выписали… – Борис, разгоняя дым рукой, быстро потушил сигарету.

– Как настроение? – открыв кормушку, заглянул прапорщик.

– На большой, – ответил Вулич.

– Твой заказчик по соседству, – кивнул налево контролер.

– Может, посадишь меня к нему на минутку? – усмехнулся Вулич.

– С удовольствием бы, но нельзя. Какого хрена он тебя травануть хотел?

– Без понятия.

– А ты зря за врачиху заступился, – неожиданно сказал контролер. – Уж больно она из себя…

– Закрой пасть, мент! – зло перебил его Борис.

– Чего? – опешил тот. – Да я тебя…

– Заходи, гостем будешь! – Вулич засмеялся.

– Ну, гнида, – пообещал контролер, – ты свое получишь! – Он с силой захлопнул кормушку.

– Все нормально, папа, – сообщила по сотовому Алла. – Я его видела. Он сейчас в изоляторе. Пятнадцать суток с переводом в ПКТ, это помещение камерного типа. Ну, если по-другому, тюрьма в тюрьме.

– Кому ты объясняешь? – усмехнулся отец. – Проблем не было?

– Сначала были, а потом все удалось решить с начальником.

– Молодец, дочь. Возвращайся. А об этой врачихе узнала что-нибудь?

– Конечно. Она здесь вместе с мужем. Сын у них пяти лет, но он живет у матери мужа. Честная. Конечно, Олег сам виноват, поэтому отсидит в ПКТ до конца срока.

– Черт с ним! Главное – не раскрутят. А ты возвращайся. В Кирове не задерживайся, тебе надо будет отправляться в Китай. Что-то поставки задерживают.

– Я прилечу самолетом.

– Самолетом не стоит, бьются частенько. К тому же надо разобраться с этой девчонкой и ее папаней.

– Хорошо. Но будет лучше, если ты позвонишь и он встретит меня в Кирове.

– Тоже верно, – согласился отец.

Глазов

– И когда ты домой поедешь? – помешивая ложкой в кастрюле, спросила пожилая женщина.

– Не знаю, – вздохнула девушка, за которую в Красноярске заступилась Вера. – Отец сказал, когда все наладится, он меня вызовет.

– А что у него там случилось-то?

– Да он свой прииск открыть хочет, а один человек считает, что все вокруг принадлежит ему.

– Ну и Бог с ним, с месторождением этим, голова-то, чай, дороже. Мать твою похоронил и самому неймется. Она тоже чересчур честная была, а сейчас все деньги решают. Есть они – завсегда правой будешь. А нет, так и сиди молчком, рот не раскрывай… Слушай-ка, Томка, а у тебя жених имеется?

– Нет, – покрывшись румянцем, ответила девушка.