Солнце мое

Впервые меня посетило чувство незащищённости перед силой природы. Оно заставило замереть и вжаться в лавку. Видимо, я походил на таракана, застигнутого врасплох включённой на кухне лампочкой. Затем всё стихло. Мой первобытный испуг прервал хриплый человеческий голос.

– Эй, челнок, – крикнул огромный матрос с рыжей копной вьющихся до плеч волос, – тебя кличет хозяин.

Матрос возвышался надо кормовой поперечиной, будто снившееся минуту назад морское чудище. Его огромные плечи загораживали собой пол неба. В контражуре лунного света матрос казался если не чудищем, то реальным гомеровским циклопом.

Более всего меня задели его слова про какого-то хозяина. «Хозяин? Какой ещё хозяин? – ворчнул я, приподнимая голову. При этом я почувствовал, как приободрилось моё сознание – наконец обо мне вспомнили!

Качаясь из стороны в сторону, цепляясь за канаты и выступы судового оборудования, я побрёл к капитанской рубке. Не без труда добрался до металлической двери. Дверь была распахнута настежь и отчаянно болталась, сообразно общей качке.

Обхватив руками овальную притолоку, я несколько раз для приличия постучал кулаком по сводчатому проёму и, не ожидая ответа (за грохотом волн всё равно никто бы ничего не услышал), переступил порог крохотного, уставленного приборами помещения.

Старик в повелительном тоне беседовал с капитаном о предстоящих морских передвижениях. Оба стояли ко мне спиной. Через минуту кэп обернулся и кивком головы приветствовал меня. Старик, не оглядываясь, проворчал:

– Кого там носит?

Неожиданно для самого себя я ответил так:

– Хозяин, ты звал меня.

В ответ старик ухмыльнулся и прошамкал съеденной нижней челюстью:

– Ну-ну.

Шестое чувство подсказало мне, что этим «ну-ну» я только что зачислен в судовую команду.

– Эй, парень, рулить умеешь? – рассмеялся кэп. – Нет? Ну и лады, держи румпель прямо на волну и не сс….

Меня подмывало съёрничать и высказать витиеватую благодарность кэпу «за оказанную честь», но он уже отвернулся и продолжил разговор со стариком, который, видно по всему, был хозяином яхты.

* * *

Часа через полтора вкруг капитанской рубки собралась в полном составе команда. Кроме старика, кэпа и рыжего матроса, ещё пять на вид отпетых морских волков в рваных просоленных тельняшках, замыкали довольно странное корабельное сообщество.

– Как зовут? – спросил меня кэп, стоя за спиной хозяина, развалившегося на единственном судовом стуле, привинченном к крепёжным вертикалям рубки.

– Огюст, – ответил я.