Роковая случайность

 – А как этот, в больнице который? В Туле?

– Без сознания. Но если что, мы его сразу…

– А может, не стоит? Тогда точно менты аварию с этой мокрухой свяжут и начнут копать. И про документы выяснят. Но с другой стороны, вдруг он что-то вспомнит? Если дело начнут – это провал. Наверняка отыщутся свидетели, которые давали информацию детективу. Как ты думаешь, добивать будем телохранителя или…

– Так я ж и говорю: очухается – враз билет на тот свет выпишем. Но тут надо потихоньку действовать. Я пытаюсь медсестричку подпрячь.

– Вряд ли она писанется на это. А вообще было бы здорово. Знаешь, надо ей предложить такое, от чего она отказаться не сможет. Тысяч триста, а то и пятьсот баксов. Ее, один хрен, убирать надо будет, а покойникам бабки ни к чему.

– Так-то оно так, но не писанется она на мокруху. Хотя бабки очень любит. А больше там у нас никого нет.

– Попробуй уболтать, пообещай что угодно, лишь бы помогла.

– Пусть Муха уговаривает, она с ним шашни имела. Пошлю его, пусть перетрет.

* * *

– Ну что, – спросил Вайс, – звонил Султан?

– Да, – кивнул рослый парень со шрамом на лбу. – Приехали наши, и их встретили. Правда, Соловья они еще не видели.

– Не дай Бог, узнает Соловей про Гиви, хана нашим сразу. Султану усы подрежут вместе с головой, Соловей не подарок.

– А ты что, – удивился Шакал, – знаешь Соловья?

– Встречался, – кивнул Батька.

– Понятно. А Соловей – кликуха или…

– Или, – усмехнулся Батька. – Это фамилия его матери, а по паспорту он Солидзе. Его папашу во Владимире в сучью хату кинули и забили. А Рамаз по дорожке батяни пошел. Вот такая это птица.

– Ты с Отмычкой говорил?

– Да нет его нигде. Я уже всем, кто Ваньку знает, сказал: если засекут, пусть передадут, чтоб ко мне занырнул.

– Надо было сразу узнавать, как только он базар этот начал.

– Нельзя было показывать, что мы заинтересованы в этом. Да появится Отмычка, и узнаю я у него все. Может, он и не в курсе, как его бомбанули.

– Не расколют Султана ростовские? А то узнает Вайс, что он и на нас пашет, и шепнет Соловью.

– Да и хрен на него! Кстати, неизвестно, на кого именно Соловей пашет. Получается, что и нашим, и вашим.