Проклятие старого ювелира

– Да и так уж вроде все узнали, – недовольно отозвался рыжеватый. – Мать-одиночка. Подруга у нее такая же. Родила пацана, а от кого, никто не в курсе. Брат у нее по контракту уехал в Чечню в девяносто восьмом, и о нем ничего не известно. Славка тот еще фраер, – усмехнулся он, – чудом в тюрьму по малолетке не залетел. Потом его в армию забрали, в ВДВ. Ранен был. Кавказцев, любых, на дух не переносит. А Машка, сестра его…

– Да черт с ней, – перебила Илина, – с Машкой этой. Надо выяснить все, что произошло на перроне.

– Да Алимов сам виноват, – проворчал рыжеватый. – Я же там был и все видел. И Дьяк. Его спроси.

– Во-первых, – вспылила Илина, – не тыкать мне! А во-вторых, делайте, как я говорю. В конце концов, я вам плачу за работу. Доведите это…

– Хватит шуметь, – проговорил вошедший Леонид. – Вот что, Бык, – обратился он к рослому. – Постарайся выяснить, через кого можно заказать человека в ИВС. И в СИЗО тоже. Алимова надо убрать. А ты, – он перевел взгляд на рыжеватого, – возьми парней и отправляйся на шурфы.

– Но, – попыталась остановить его Илина, – ведь…

– Даю тебе час, – ожег ее взглядом Леонид, – чтобы законсервировать цех. Час! – крикнул он.

– Леонид Ермолаевич, – начал рыжеватый, – но я…

– Химик! – заорал Леонид. – Делай, что тебе сказано! – Посмотрел на Илину. – Закрывай цех. Все должно быть убрано. Все!

– Почему ты орешь на меня при них? – зло спросила она.

– Делай все, что я сказал! – раздраженно повторил Леонид.

– Кто это? – Лена вышла в прихожую. – Кто там? – И тут же раздался ее громкий радостный крик: – Машка! Славка приехал!

Маша бросилась в прихожую.

– Славка! – крикнула она и кинулась брату на шею.

Лена стояла рядом, прижав к щекам ладони.

– Хватит, – улыбаясь, попросил Вячеслав. – Покажи мне моего племянника. – Маша отступив, настороженно посмотрела брату в глаза. – Я ему гостинцев купил и игрушек. Мы с ним в магазин пойдем, и он купит все, что захочет.

– Как мне все это надоело, – вздохнула Элеонора. – Когда ты выполнишь…

– Еще не вечер, – ответил куривший в глубоком кресле атлетически сложенный молодой мужчина. – Ведь мы еще даже не начали.

– Надо что-то делать, иначе мы ничего не добьемся. Все эти Левкины хитросплетения и непонятные замыслы уже достали. Я не пойму, чего он хочет.