Последний Хранитель

А насчет обеда за счет заведения – спасибо, не надо. Я много зарабатываю. Просто я испугался, что ваш муж начнет стрелять. А от выстрелов у меня аппетит портится…

– Извините, – смущенно улыбнувшись, официантка ушла.

Хранитель попробовал борщ.

– Класс, – буркнул он. – Только бы из-за этого женился, – пробормотал он.

– Уехали бородатые, – сообщил муж.

– А Хранитель отказался от подарка, понял, что мы еще не раскрутились.

– Позже, когда твои блюда распробуют, здесь от посетителей отбоя не будет.

– Он посоветовал нам поставить бензозаправку, – перебила его жена.

– А я уже договорился, – признался муж. – Завтра начнут монтировать…

– А почему мне не сказал? – удивленно спросила она.

– Думал, ты рассердишься, – признался он.

– Ты охренел, Димон, – возбужденно говорил лысый. – Это же Хранитель. Он пальцем человека убить может. В Сусумане троих придурков так заломал – ужас…

– Пожалел он меня, – пробормотал Демьян. – А у меня, мужики, при виде этой официанточки встал, ну, и завелся я.

– Да здесь много, – попробовала вернуть деньги официантка.

– Муж у тебя – настоящий мужик, – услышала она. – И готовишь ты со знаком качества, как в СССР говорили. Все про ваше кафе говорить будут. Только название придумайте.

Магадан

– Он был в Атке, – говорил в телефон Зуев. – Вчера. Потом улетел с вахтенными. Так что, где Хранитель сейчас, я без понятия.

– Слышь, мент, – с кавказским акцентом раздраженно проговорил мужской голос.

Полковник Зуев, выматерившись, отшвырнул сотовый.

– Нинка, – заорал он. – Водки дай.

– Сейчас, – нервно отозвался женский голос.

– Твари, – процедил Зуев. – Совсем потеряли страх. Вы у меня, гниды, дождетесь.

– Васенька, – поставила графинчик с водкой полная женщина. – Что с тобой?

– Закрой варежку, – зло сказал он. – Ты думаешь, деньги просто так приходят? И службы собственной безопасности боишься, и тех, у кого берешь.

– Закуси, Васенька, – попросила жена. – С папой я говорила. Он где угодно скажет, что деньги на покупку он дал.

– Молодец ты у меня, Нинок, – приподняв свою тушу со стула, Зуев ткнулся ей в щеку губами. – Я, например, готов перестрелять этих тварей. Но глупость сморозил.