Оживить Сердце Дракона

 – Слушая женский голос в трубке, он нахмурился.

– Ну что? – спросил Вонг садившуюся в машину Ми.

– Скорее всего об Ин может знать профессор Чоун, он ей покровительствовал. Именно благодаря ему прекратили дело о ее сопротивлении полиции во время студенческих выступлений. Надо ехать к профессору, она может быть у него.

– Адрес знаешь?

– Да.

– Где родственница? – оглядываясь, удивился пожилой врач. – Только что была здесь. Куда она могла уйти?

– А где сестра Цунь? – сердито спросила старшая сестра.

Средних лет женщина, выскочив из трамвая, бросилась к небольшому дому. Стоявшая неподалеку машина, как только она забежала в ворота, двинулась и затормозила рядом. Из машины вышла Мэй и направилась к воротам. Пригнувшись, прошла под окнами к двери, сняла обувь, осторожно приоткрыла дверь и проскользнула внутрь.

– Да ответьте же наконец! – сердито говорила находившаяся в комнате женщина.

– Не шевелиться! – раздался от двери угрожающий женский голос. – Полиция! Положите трубку!

Повернувшись, женщина усмехнулась:

– Странно, что тебя еще не убили. Наверное, забыли. Ты же никогда не была членом семьи Дун. – Она бросила в стоявшую у двери Мэй телефон и, схватив с полки длинные ножницы, метнулась к ней.

Мэй, отпрянув чуть вправо, резко рванула захваченную руку на себя и ударила женщину коленом в живот. Сразу заломила ей руку за спину и уложила лицом вниз.

– Слушаю.

– Это я, – послышался быстрый мужской голос, – профессор Чоун. Мне позвонила подруга Ин и сказала, что… – Не договорив, он крикнул: – Сейчас! Извините, ко мне пришли. Я свяжусь с вами позже. А еще лучше приезжайте ко мне, и мы вместе поедем…

– Буду через час.

Медсестра, замычав, дернулась.

– Вот что, – присев у ее головы, сказала Мэй, – сейчас ты все мне расскажешь или я прикончу тебя. У меня убили всех родственников, и поэтому я…

– Я буду кричать, – пробормотала медсестра.

– Хорошо, – спокойно согласилась Мэй, – кричи. Я все расскажу полиции, и, поверь, там тебя заставят говорить. Поэтому просто расскажи мне все, я уйду, и больше мы никогда не увидимся.