Коктейль ненависти

 – Может, на нервной почве…

– В чем это выражалось?

– А вы точно преподаватель? – внимательно посмотрел на нее Ярослав. – Как милиционер вопросы задаете.

– Хочу понять, – ответила Вика, – с чего это вдруг китаец заявляет, что убит не Антонов. Он и сотрудникам милиции это говорил?

– Пытался одному сказать, – кивнул Артем. – Толстому такому майору. Но тот его на хрен послал.

– А что еще говорил Ден?

– Да что-то про локоть. – Артем нахмурился. – Ведь так? – посмотрел он на Ярослава.

– Да. Но говорил, что, наверное, ему показалось.

– А как вы думаете, – спросила Виктория, – показалось ему или…

– Он менту так сказал! – отрезал Ярослав. – А вас это почему интересует?

– Меня интересует все, что имеет отношение к Евгению Антонову, – ответила Вика.

– Не дай Бог замуж такую взять, – пробормотал Артем. – Жизнь как в армии станет.

– Это точно, – согласился Ярослав.

– Знаете, – нерешительно произнесла Настя, – я вот что вспомнила: когда Женя ушиб ноготь большого пальца на левой руке… Помните, вы говорили? – посмотрела она на Артема.

– И что? – Артем уставился на нее.

– Погоди, – нахмурился Ярослав. – Не было синяка на ногте покойника, точно не было.

– Руки до локтей были обожжены, – напомнила Настя.

– Точно. А почему тогда ты…

– При чем тут отбитый палец? – сердито спросил Артем.

– Когда Женя стукнул молотком по пальцу, он отдернул руку и попал предплечьем на гвоздь.

– Да, – кивнул Артем, – про это помню. Крови тогда много было.

– А на трупе не было следа, – сказала Настя.

– Точно, – согласился Ярослав.

– Не было, – кивнул удивленный Артем.

– Выходит, Ден прав, – пробормотал Ярослав.

– Черт побери, – проговорил Артем. – Это что же выходит – Женька живой, что ли? А кого же мы похоронили?

– Мне бы очень хотелось сейчас поговорить с китайцем, – сказала Вика.

– Я и сам хотел бы поговорить с ним. Что же мы сразу Дену не поверили, набросились на него. Он, чтобы отвязаться, и сказал, что ошибся.

А выходит, правильно он говорил. Но где тогда Женька-то? – Артем посмотрел на Викторию. – Вот приехала, едрена корень. Ты ведь не учителка, из органов ты, – уверенно проговорил он. – Вот что, девица-краса, чтоб было к тебе уважение и полное доверие, говори, кто ты и на кого работаешь?

– Повторяю, – улыбнулась она. – Я работаю в Министерстве образования…

– Да я слышал уже, но не верю. Хотя ладно, дело твое. Но это что же выходит? Живой, значит, Женька.