Властелин Мира. Воздушный корабль

– Тогда что же мешает вам отказаться от наследства и сделать меня и моих сестер счастливейшими людьми?

Подбежав к ней, он вдруг схватил ее за руку и, глядя прямо в глаза, со всей силы ненасытного желания, задыхаясь, молвил:

– Откажитесь! Откажитесь! Откажитесь!..

По спокойному лицу Эльзы прошла тень. Брови нахмурились, в ней как будто поднималась борьба.

Рудольф, несмотря на все свое волнение, заметил это и начал просить с удвоенной силой.

Но в тот момент лицо Эльзы вновь приняло спокойное выражение, веки полузакрылись, и она тихо, но решительно сказала:

– Пустите, – высвободила руки и, ни слова больше не говоря, пошла к двери.

– Куда же вы? Подождите! – Рудольф бросился за Эльзой, пытаясь ухватить ее за руку. Но в этот момент дверь комнаты открылась, вбежала собака и с угрожающим ворчанием стала между Рудольфом и Эльзой. Вслед за собакой появился Штирнер.

– Э, это уж нехорошо! – сказал он. – Кто же хватает за руки чужих невест?

Рудольф стоял, дрожа, как в лихорадке, и мерил Штирнера недружелюбным взглядом.

Рудольф топнул ногой, быстро повернулся на каблуках и выбежал из комнаты. Прыгнув в автомобиль, он стал бормотать, как в бреду:

– Все погибло! Все погибло!..

– Куда прикажете? – спросил шофер.

– Все погибло! Все погибло! К Людерсу…

С этими же словами – «Все погибло!» – он вбежал в кабинет Людерса, не обращая внимания на клиентку, которая сидела у адвоката.

– Людерс! Все погибло!.. Она отказала… Эльза отказала по всем пунктам, этого и надо было ожидать… Завтра истекает срок на подачу апелляции. Отец пропал… Если бы мы хоть знали, что он умер… Но нет, и тогда было бы поздно!.. Опеку не учредишь в несколько часов… Все погибло… Остается одно: подать апелляцию… Доверенность моего отца на ваше имя не уничтожена…

– Но это безнадежно при наличии в деле заявления Оскара Готлиба.

– Все равно, подавайте!.

Людерс пожал плечами, но подумал, что, пожалуй, это и верно. Главное – не пропустить срока, а там обстоятельства могут повернуться иначе.

Апелляция была подана. Но Оскар Готлиб по-прежнему не подавал о себе никаких вестей. Все способы проволочек были исчерпаны, дело было проиграно Готлибами во всех инстанциях.

Эльза Глюк вступила в права наследства.