Солнце моё

 – Господин Огюст, – добавил он с лёгким наклоном головы, – не смеем вас задерживать!

Вслед за капитаном матросы неуклюже раскланялись (по всему было заметно, что кастильские либры уже потекли в их иссохшие на ветру глотки), и колоритная троица зашагала по направлению к наиболее оживлённой части портовой площади, туда, где над толпой утренних гуляк значилась вывеска «Таверна «Белый Сандро»».

«Сандро? – подумал я. – Странное имя, какое-то нездешнее».

*Либра – 1 кастильская либра равна 460 граммам.

9.

Я смотрел, как они ухолят, и задавался вопросом: «Это мои новые друзья?..» Как много странного явила мне судьба за последние сутки: старик, яхта, кэп, эта девушка… На слове «девушка» я обернулся и обнаружил, что моя нежданная спутница находится в состоянии крайнего возбуждения. Вид её напоминал трепетание голодного галчонка и умолял меня поторопиться.

«Она хорошенькая» – подумал я. Мне вдруг привиделся недавний сон и хрупкая Катрин. Этого не может быть! Прелестная незнакомка точь-в-точь походила на мою русалку.

– Огюст, что с тобой?

Не дождавшись ответа, незнакомка схватила меня за руку и повела вглубь прибрежного квартала.

* * *

По дороге девушка без умолку рассказывала новости Сан-Педро, случившиеся в моё (?) отсутствие. Я вглядывался в приметы незнакомого мне времени и не мог налюбоваться их причудливым разнообразием.

Мы подошли к роскошному особняку. Фасад дома был украшен затейливой колоннадой. Над центральным портиком на уровне второго этажа располагался просторный балкон, увитый многолетней виноградной лозой. Точно такую архитектурную деталь я видел по выходу из «Талассии», когда вслед за стариком задержался на круговом перекрёстке.

Скаты крыши и пологие фронтоны дома посверкивали свежей кровельной медью. Ступенчатое крыльцо было выполнено из ценных пород мрамора и украшено затейливыми вазонами с садовыми цветами.

– Пойдём же! – девушка открыла парадную дверь и буквально втолкнула меня в прихожую. Нам навстречу вышла средних лет служанка.

– Беренгария, это сеньор Огюст, – девушка представила меня, – его пригласил папик. Я покажу гостю дом, а ты, пожалуйста, иди к себе.

Лицо служанки осветила едва заметная улыбка. Женщина ответила: «Да, сеньорита» и вышла.