Путь к себе

И он дал новые задачи…

В тот момент я бегала ежедневно по 10 км, чтобы как-то остановить нескончаемый поток мыслей и работы ума. После пробежки лежала по часу в ванне с 2–3 кг соли, а рядом горела церковная свеча. Я смотрела на неё и представляла, как в огне сгорает вся внутренняя боль и тревога.

Постоянно гуляла с детьми в любую погоду по 5–6 часов, дышала и смотрела в небо. Ходила в храм, разрешала себе слышать себя, не пряталась от своих чувств. Проживала их. Писала и сжигала письма, делилась с бумагой самым сокровенным, просила прощения у людей.

Уволилась с работы, что было очень страшно.

А что было до, расскажу совсем малую часть, чтобы ты знала: я тебя очень понимаю.

С детства я знаю, как быть сильной, и умею это делать на отлично. А как быть женственной, принимать заботу и просить помощи – ни одного процента. В моих базовых настройках стоял всегда режим «отдавать». Когда мне было 12 лет, погиб папа в автокатастрофе, а младший брат, который был с ним, чудом выжил. Забота о нем упала на мои плечи.

После этого тревога мамы выросла в разы. Ее сковал страх за сына на долгие годы, а позже передался и мне в виде гиперопеки над моими детьми.

Я росла успешной, самостоятельной, активной и очень свободолюбивой девочкой. Мама много работала в банке. В 7 лет на мне полностью был трехлетний брат. При написании этих строк мне становится не по себе. Ведь, глядя на своих детей в этом возрасте, я не представляю, какая степень нагрузки ложится на детскую психику в такие моменты.

А я тогда удачно справлялась, просто очень рано пришлось повзрослеть и решать «не свои задачи».

С первого класса меня ни разу не водили в школу и не делали со мной ни одного урока. Я училась на пятерки. Была очень активной и непоседливой, поэтому по поведению мне всегда ставили двойки.

За них каждую неделю папа мне давал ремня или кипятильником по жопе. И я начала его ненавидеть. За начальные классы было всего лишь пару четверок или троек по поведению и только несколько недель без физического насилия.

Он принес много боли в нашу семью. Мне страшно было осознавать, но в душе я его ненавидела и желала смерти. Я не могла это больше терпеть. Когда его хоронили, вместо слез я еле сдерживала внутреннюю улыбку у гроба. Это закончилось. Слава Богу.

Я знала цену своего слова. 9-й класс я окончила с двумя четверками. Тогда мама сказала мне всего одну фразу: «Я знаю, дочь, ты можешь лучше». И я окончила школу с золотой медалью.