Юмор. Стендап. Психология сцены

Для сравнения: номер Аркадия Райкина «Дом большой, а поговорить не с кем» или номер Евгения Петросяна «Твари» крайне низки по содержанию к стендапу, однако мы видим, что исполняются они от образа, выдуманного персонажа. Монологи же Незлобина, Руслана Белого и даже Михаила Задорнова,– это уже стендап, где исполнитель не надевает маску выдуманного персонажа.

На этом стоит закончить описание стендапа, потому что границы его весьма размыты: и конферанс на вручении Оскара и удачный пассаж в очереди в Бургер Кинге может оказаться стендапом.

Отмечу лишь то, что делает стендап более запоминающимся и приближает его к общему пониманию этого жанра:

Стендап тем стендаповее, чем больше в нем личного переживания автора, эмоций, логики и аргументации своей точки зрения, юмора (парадоксальности, но точности высказывания), искренности и личного опыта.

Возможны и пародии на стендап. Подобно номеру в шоу «Большая разница» «Камеди Клаб в СССР».

Стендап от образа вообще вполне возможен как пародия на стендап, как пост-комедия, к которой прибегают опытные артисты, чтобы высмеять сами приёмы жанра и штампы.

Начинающие комики, которым ещё пока тяжело раскрыться и жить на сцене, нередко создают и эксплуатируют некоторый образ, который гиперболизирует одну из их отличительных черт.

Чувство юмора – это врождённое?

Многие люди хотят развить своё чувство юмора или чувство юмора своих близких. Но чаще всего они принимают решение, что научиться этому невозможно и нужно с этим родиться. Но это именно решение, а не осознанный вывод.

Практика же доказывает обратное, никто из нас не рождается с умением шутить и этот навык развивается вместе с ростом интеллекта и расширением эрудиции.

Точно так же, как подвижную девочку нужно отдавать в школу танцев, а задумчивого мальчика в шахматный кружок, людям проявляющим способности разгадывать истинную суть поведения и высмеивать её стоит развивать своё чувство юмора.

На деле нередко выясняется, что человек, которого все знают, как успешного комедианта, долгое время развивался в обстоятельствах максимально подходящих для этого.