Остров обреченных

– Они не придут… – шептал Клод-Бомбардир, свободной рукой обхватив ее за талию и стаскивая вниз и в сторону, на сиденье. – Бастианна не пустит их сюда…

– Так она знает, что вы?!

– Конечно, конечно. Она-то и попросила меня…

– Проклятая сводня! Значит, вы с ней сговорились? – уже совершенно упавшим голосом спросила Маргрет. И Клод понял: слуг и солдат звать на помощь она не станет.

– Просто, она знает, что вы увлечены мною.

– Я – вами?!

– И что я точно так же безумно влюблен в вас, хотя, конечно же, и мечтать не смел о том, чтобы…

– А вы и не должны сметь.

За одну эту попытку вас должны вздернуть на мачте… Или прямо здесь, на ближайшем дереве.

– Вы правы. Именно так они и поступят, если только узнают об этом от вас, – признал Отставной Бомбардир.

Маргрет сразу же ощутила, что хватка его ослабла, руки поникли, и вообще, все тело мужчины, доселе напряженное и страстное, как-то странно увяло.

Это успокоило герцогиню, придало уверенности ее словам и движениям. Отстранив обе его руки, она в то же время не отшвырнула их и даже не изменила позы.

При свете пробивавшегося из-за тучи лунного сияния она видела тускло освещенные колени свои и непростительно оголенное левое бедро, платье на котором хотела тотчас же поправить, но… замерла:

– Маргрет! Госпожа герцогиня! – окликал ее лейтенант Гарден. – Где вы?

– Ответьте, – едва слышно прошептал Отставной Бомбардир. – Немедленно ответьте.

– Я здесь! – ей и самой голос показался слишком слабым и неуверенным, поэтому, опасаясь, как бы лейтенант не застал их обоих во время столь странного свидания, уже увереннее и резче повторила: – Я здесь, в карете! И не смейте приближаться ко мне, иначе я подниму слуг!

– Можете звать, но знайте, что они развлекаются с вашей служанкой.

Как, впрочем, и мои «бессмертные». – Произнося это, лейтенант все приближался и приближался к карете, и это приводило Маргрет в ужас и ярость.

– Я сказала вам: не смейте подходить! Только посмейте притронуться к дверце, буду стрелять!

– Это вы уж слишком, герцогиня! – замешкался лейтенант буквально в трех шагах от кареты.

 – Мне и в голову не приходило… Всего лишь предосторожность. Я ведь купался вместе со всеми. А мой часовой…Словом, обычные меры предосторожности.

– Меня это не интересует! Ни ваши меры предосторожности, ни все вы.

– Почему бы вам не присоединиться к купающимся?

– Вы грубиян, лейтенант!

– Нет, я имел в виду, что вы будете поодаль от вашей знойной корсиканки и моих солдат.