Арена ящеров

Кто-то вошел снаружи в разгромленную заставу. Мазай замер у стены, стараясь не дышать громко.

Раненый водитель лежал на полу в луже крови, и еще тихо, едва заметно, шевелился. Служилый в анатомических доспехах со знаком медного аспида, хватающего себя за хвост на кирасе, приблизился к водителю, наклонился рассматривая того кто там лежит, потом распрямился и пальнул жалом в водителя, тяжелые брызги подняло до потолка.

Мазай не стал ждать неизбежного. Рванул мимо перезаряжающего жаломет служилого, выбросился в окно, выкатившись прямо под спущенные колеса своей изрешеченной фуры.

Он еще успел увидеть, как наклоняется над ним тот служилый, – с дырчатой маской вместо лица, как поднимает жаломёт, направляя прямо в глаза Мазаю. Он даже разглядел крестообразный выход ствола, как вдруг, проснувшаяся от шума снаружи Красотка выбила дверь фуры, а клетка ее вообще и не могла остановить, – так, тара для погрузки – и в прыжке просто смахнула руку служилого вместе с жаломётом, как не было.

В темноте загрохотал бортовой дискобол броневика, потом там скрипела отдираемая с мясом от грузовика дверь, и один за другим замолкали вопли поедаемых заживо.

***

Мазай очнулся от того, что кто-то облизывал ему лицо жестким, липким языком, с отдаленным запахом красной рыбы.

– Да уйди ты от меня, – простонал Мазай, отталкивая морду Красотки от своего лица.

Потом все вспомнил и сел на плитках дороги. Все вокруг было именно таким ужасным, как он запомнил. Только добавилась еще кровища, что натекла под распотрошенным броневиком.

Ну да… Степной ящер – это вам не сайгаков по загону гонять. Это тварюшка серьезная, в ваших местах малознакомая…

Довольная, сытая Красотка пихнула Мазая плоской головой, едва не свалив с ног.

– Да ну тебя, – вяло отбивался Мазай. – Обожралась, да? Нехорошо.

Красотка громко икнула, быстренько отбежала к краю дороги, где ее благополучно и стошнило склизким комом слепленным из обломков костей одежды и амуниции.

Мазай посмотрел, как Красотка блюет, и тяжело вздохнул:

– Что, плохо тебе?

Отходняк, от дурмана то, н-да. А еще у нее скоро сушняк начнется…

Мазай поднялся на ноги, огляделся; избитые руки болели, но терпеть было можно, щитки погонщика – от кисти до локтя – спасли кости.

Ну? И что теперь? Фура издырявлена, водитель убит.